— Не твое собачье дело, где я была, — так же цедит в ответ.

Я рывком притягиваю ее к себе.

— Я еще раз задаю тебе вопрос, — начинаю тихо. — Где ты была всю ночь?

Мгновение она прожигает меня взглядом.

— С любовником, — отвечает уверенно.

Я смотрю на нее и не знаю, как реагировать на услышанное.

— Если тебя что-то не устраивает, можешь подать на развод, — спокойно продолжает, пока я нахожусь в ступоре. Она выдергивает руку из моей и уходит в комнату.

Через 10 секунд я врываюсь к ней. Аня сидит на кровати и грызет ногти. Никогда она раньше этого не делала. Уверенно подхожу к ней и рывком поднимаю с постели.

— Что ты творишь, дура?

— Что хочу, то и творю. Не твое дело.

Мне приходится сделать над собой большое усилие, чтобы не приложить ее головой о стену. Глубоко вдыхаю и шумно выдыхаю, пытаясь привести нервы в порядок.

— Аня, — говорю с нажимом. — Одумайся. У нас семья и дети. Да, я совершил много ошибок, довел тебя до крайности. Но ты, блять, должна понимать, что твое поведение сейчас просто аморально!!?? — ору со всей силы.

— Если тебя что-то не устраивает, подавай на развод и вперед к своей Марине. Я уверена, что она тебе изменять не будет.

— Что ты тычешь мне этим разводом постоянно?

— Еще раз: что-то не нравится — разводись со мной.

Я отшвыриваю ее на кровать и резко разворачиваюсь, но не ухожу из комнаты. Зажимаю переносицу двумя пальцами и зажмуриваю глаза. Нужно угомонить эмоции. нужен конструктивный диалог.

Но как же, блять, тяжело говорить спокойно, когда твоя жена тебе изменяет. Руки трясутся — так сильно я хочу дать ей пощечину, но со всей силы сдерживаю себя. Понимаю, что если сделаю это: будет точно конец.

Облокачиваюсь обеими руками на стол и глубоко дышу. Немного успокоившись, поворачиваюсь к Ане. Она продолжает сидеть на кровати и выглядит очень испуганной.

— Ань, — тихо начинаю. — Давай поговорим. Спокойно, без эмоций. Подумаем, как можно все наладить. Мы же можем все забыть и начать сначала?

— Почему же? У нас дети, они ни о чем не знают: ни о наших ссорах, ни об аварии. Скоро у них закончатся летние каникулы, они вернутся от твоих родителей. Мы снова можем жить нормально, как раньше. У нас ведь семья.

Она трет ладонями лицо и только сейчас я замечаю, насколько уставшей она выглядит. Наконец, поднимает на меня взгляд.

— У нас давно нет семьи, Юр. Я не знаю, что ты собрался налаживать. Нечего налаживать. Руины от нашей семьи остались.

— Я так не считаю, — категорично заявляю. — Я верю, что мы можем все исправить.

Я понимаю, что сейчас с ней говорить бесполезно, поэтому просто ухожу из квартиры. В ближайшем ларьке покупаю сигареты и закуриваю. Никогда в жизни не курил, а как только вышел из больницы — сразу потянуло. Просто жизнь повернулась на 180 градусов.

Надо думать, как достучаться до Ани.