Был только Он: мой свет, моя пара, и тот, за кого я готова была убить. И поэтому, встав в места, я расположилась напротив него, положила руки на лицо Максу и отчетливо пробормотала то, что говорила только в мыслях и снах:

— Я. Тебя. Люблю, — Максвелл замер, вдыхая воздух так жадно, словно его легкие были бездонными. Я покраснела на секунду, считая, что он решил, дескать, я ветреная идиотка. Узнала, что он богат и сразу влюбилась! — Ты можешь думать обо мне все, что хочешь! У меня не было серьезных отношений, да и вообще каких-либо… Я не могу сказать точно, что должны чувствовать люди, встречающие свою судьбу, любовь и опору на всю оставшуюся жизнь. Но глядя на тебя… Я словно растворяюсь, оживаю! Моя жизнь наполнилась смыслом и то, что я чувствую… Не могу описать словами. Я… Я бы убила за тебя Макс, даже если бы ты не прикончил его сам, понимаешь? И я уж точно не собираюсь меня свое мнение о тебе, потому что ты заступился за меня!

Максвелл усмехнулся, и в его глазах я прочитала то, чего совершенно не ожидала увидеть — гордость и уважение. А еще любовь… Такую, от которой голова шла кругом!

— Это и называется «запечалиться», маленькая моя, — с нежностью прошептал он, а затем выпалил на одном дыхании. — На тебя свалилось столько разом: стая, пара, похищение и этот ублюдок-отец… Но ты не просто выдержала это, но и заставила собой гордиться. Я люблю тебя, как мужчина. И теперь не только запечатлён на тебе как волк, но и уважаю, как человек. Ты моя, самая шикарная, сильная и острая на язычок рыжая кошечка! И хоть я и расстроен, что ты встряла в мои дела и коснулась холодного оружия своими нежными кошачьими лапками, мы… Переживем это. И я буду рядом всегда. Обещаю.

Я усмехнулась, а мужчина потянулся ко мне, чтобы поцеловать. И хоть волчица срочно требовала снова заклеймить его, пометить и зацеловать… Человеческая натура не удержалась от язвы:

— Эй, я не кошечка, а волчица! Взрослая, ясно?!

— Ты вообще слышала, как ты мурчишь? Царапаешь меня во время секса, кусаешь, нежно рычишь и томно потягиваешь лапки… — шепнул мне на ухо мужчина и укусил за мочку, вызывая бабочки в животе и томление между ног, — Ты кошечка, Дениз. Ко-ше-чка!

Сил и желания спорить не было, так что я покорно потерлась носиком об его шею и замурчала от удовольствия. Макс хищно усмехнулся, словно подтверждая свою кошачью теорию, и прижал меня к себе настолько крепко, что затрещали все мои косточки.

— Кхем, кхем, — раздалось позади нас осторожное, но настойчивое покашливание, заставляя меня тут же сделать пас в сторону от Макса. Но тот словно специально обнял сильнее, и медленно поцеловав в губы, повернулся к мужчине. Чертов ревнивец! — Максвелл, там приехало такси. Люди узнали, что в нем сидит девушка-блондинка. Кажется, она хочет видеть Дениз.