Тихо зашипев, попыталась оттянуть ненавистные украшения, но очень скоро поняла: гиблое дело. На любой намёк на снятие хаттанты реагировали лёгким, но ощутимым разрядом тока по телу.

Оставив попытки, я перевела взгляд в общий зал отдела убийств СКМП. Светлое помещение было заполнено сотрудниками, среди которых были не только секретари, но и рядовые оперативники. И вот внимание последних мне совсем не нравилось. Кто-то рассматривал меня украдкой и, я бы даже сказала, робко. А кто-то — внаглую, не скрывая презрения и откровенно враждебного отношения.

Я чисто машинально потёрла хаттанты. Предатели, выдавали меня с головой!

До смерти захотелось кофе, а потому воззрилась на секретаршу Кэя в надежде выбить из неё чудодейственный напиток. Миловидная девушка — таких полно в библиотеках и государственных бюро — сосредоточенно рылась в кипе папок и на меня бросила лишь один недовольный взгляд.

— Что? — буркнула она, вновь уставившись в перебираемые бумажки.

— Будь добра, налей мне кофе. — Я попыталась быть вежливой, постоянно держа в уме то, что это не моя прислуга из отеля, которая бросалась выполнять любой мой каприз.

— Ага, сейчас, бегу и спотыкаюсь, — хмыкнула эта нахалка и даже глаз не подняла. — Сама нальёшь, не хрустальная.

Видит Светлейшая, я хотела быть доброй и учтивой, но вспыхнувшее в груди раздражение резко поменяло мои планы. Быстро оглядела простушку и, к своему изумлению и радости, обнаружила, что пресловутого амулета против Ткачей на ней нет! Предвкушая, как проучу выскочку, я потянулась к силе. Всего-то несколько штришков и плетений в событиях ближайшего будущего этой стервы — и кофе будет моим!

— Ой! — Проклятые браслеты незамедлительно обожгли запястья.

— Даже не думай. — В этот раз секретарша удостоила меня своего взгляда.

И я поняла, почему хаттанты не просто предупредили меня о недозволительном действии, а именно что наказали.

Девушка передо мной, судя по фиолетовым отсветам магии в её глазах, чаровница. Та, кто умеет управлять эмоциями людей. У этих товарищей врождённый иммунитет к моим способностям. Самое обидное, что при таком потенциале чаровников почему-то именно мои сородичи несправедливо выставлялись чуть ли не главным злом, а чаровники спокойно существовали в обществе. На них даже блокирующих браслетов не надевали.

Их оправдывало то, что эмоции они не создавали с нуля — лишь мягко воздействовали на уже существующие. А значит, ничего противоестественного совершить не могли. К тому же чаровника, применяющего силу, легко заметить именно по светящимся фиолетовым светом глазам.

Но я скажу лишь одно: из любого правила есть исключения. Поэтому эти манипуляторы в моём списке нежелательных персон стояли на первом месте.