Мне пришлось усилить охрану, ввести ограничения на посещения и сменить практически весь персонал.

— А кто был объектом нападения? — подался вперёд Кэй.

— Я и моя дочь. — Брованс кивнул на Клэри, что встала рядом и уткнулась взглядом в пол.

Я бы хотела сказать, что меня это не укололо. Но нет, такое акцентированное пренебрежение всё же всадило кинжал из боли мне под рёбра. Лишь вцепившаяся в меня мама не давала окончательно разозлиться, психануть и уйти. В конце концов, свои догадки по поводу Пегара я могла озвучить Кэю наедине.

— Почему вы не доложили в СКМП? — поинтересовалась Руби.

— Я обратился напрямую в совет. Как вы думаете, откуда у меня республиканские гвардейцы в охране? — Пегар еле заметно указал на замерших по углам бойцов.

Только сейчас я обратила внимание на то, что на них не просто форма. На её шильдиках виднелся герб Республики Виарто. Элита из элит.

В следующую секунду произошло странное. Брованс внезапно и очень резко побледнел. Его губы приобрели ярко выраженную синеву, а он сам как-то обмяк в кресле. Дыхание, хриплое и прерывистое, с трудом пробивалось сквозь сомкнутые губы, вокруг которых появилась белая корочка.

— Отравление! — донеслось из-за моей спины, и к своему нанимателю бросились сразу несколько стражников. — Запечатать комнату!

Под поднявшийся вой, который издавали мама и сестра, они стащили господина Пегара на пол и принялись обследовать его арк-пеленгатором, выискивая следы яда.

Вэл и Руби и вовсе присели в кресла и, очевидно, решили не шевелиться, чтобы не привлекать лишнего внимания оставшихся гвардейцев. Один лишь Тио, вытягивая шею, старался высмотреть, как проходит процедура реанимации.

— Спаси его, — шёпот Кэя обжёг мне ухо. — Это в твоих силах. Твоего нового дара.

Я обернулась на него, в неверии заглянув в глаза. Войнот действительно думал, что я захочу спасти того, кто вышвырнул меня из своей жизни лишь потому, что я родилась не такой, как надо?!

— Дашь ему умереть — и он окажется прав в своём заблуждении.

Кэй смотрел без давления, наоборот, предоставлял право выбора мне.

Я развернулась туда, где двое стражников пытались вернуть к жизни человека, разрушившего мою жизнь. Того, кто мне никакого выбора не давал. Войнот прав, я должна спасти Пегара хотя бы для того, чтобы плюнуть ему в лицо.

— Отойдите. — Я растолкала сгрудившихся над Бровансом мужчин. — У меня их родовой дар, я выведу яд без последствий.

На самом деле я понятия не имела, что мне нужно делать. Просто добавила в голос максимум уверенности, на которую была способна, чтобы стражники мне поверили и дали доступ к телу.

— Пускай попробует, — сказал один из гвардейцев, очевидно, старший. — Всё равно мы не можем определить, как и чем его отравили.