В глазах князя мелькнуло удивление, но все же каким-то чудом он успел пригнуться, так что мне удалось отрубить ему лишь ухо.

— Ах ты! — зарычал он, выпустив свою мощную энергию, и все обломки разлетелись в стороны. — Мое ухо! Ты поплатишься…

Но ждать пока он договорит, я не собирался. Резко сменив траекторию, я закружился вокруг него, нанося удары мечом и заклинаниями.

Не зря я общался с Виолеттой. Успев прикоснуться к его шее, я закупорил несколько сосудов и парочку энергетических каналов. Не много, но хоть что-то.

Лора пользовалась преимуществами сразу двух протоколов по-максимуму. Все же время ограничено. Вместо Леонтьева у меня перед глазами появилось сплетение сосудов, вен, энергетических каналов и даже ядра.

Князь же продолжал выпускать энергию, увеличивая напор. Ну что ж, мне не жалко.

Не спорю, сил у него еще было полно. Однако сказывалось долгое отсутствие практики в битвах. Давно он не ходил по метеоритам и не уничтожал по-настоящему сильных монстров.

Каналы уже не эластичные, мышцы не такие упругие, как в молодости. Да и сам он… честно сказать, так себе.

— Что-то «Каратель» барахлит, — словив в плечо силовой удар, я потер ушибленное место.

Этот протокол должен полностью отзеркаливать атаки, но что-то мешало это сделать.

— Секунду, — Лора переключила мне зрение. — Видишь?

Доспехи Леонтьева буквально напичканы различными артефактами. Понять какой за что отвечает довольно проблематично, а если быть точнее, то вообще не возможно.

— Ага, — кивнул я, прыгая на врага.

Пришлось ускориться и точными уколами ломать один артефакт за другим. Вскоре и родовой меч начал приспосабливаться к его атакам.

Скоро «Каратель» исправился, и битва подходила к логическому концу. Как и мои силы.

* * *

Князь Леонтьев.

«Он даже не пытается уклониться от атак. Почему они от него отскакивают, как от стены. Что происходит? Почему его сила только растет?»

Мысли князя заполнили сомнения.

— Быстрее… — услышал он голос графа, который мелькал то тут, то там. — Быстрее… Ну же, покажи на что способен, старикашка!

'Нет, он ранен сильнее, чем я! — думал Леонтьев. — На мне доспехи, а на нем? У меня печати! Сомневаюсь, что у него стоит хоть одна. Он же не Есенин…. Но что за сила!

Я убью последнего потомка Кузнецова!'

Магия почему-то перестала бить с изначальной силой. Все атаки мечом легко отбивались, и мальчишка наносил удары под разными углами."

"«Он ломает мои артефакты!»

— Что, догадался, старик? Поздно, — услышал он голос позади.

Кузнецов двигался настолько быстро, что даже глаз сильного мага перестал его улавливать. Или это усталость? Что происходит?!

— Я убью! — заорал Леонтьев, поворачиваясь к врагу, но тут же получил сильную пощечину, которая уронила его на колени.

— Не убьешь, — спокойно произнес Кузнецов.