Иногда его придворные слуги сильно тупили.

— Ваня, а ты как думаешь? — спросил Петр Петрович.

— Понял, соединяю, — исправился секретарь и переключил.

После двух длинных гудков появилась связь.

— Пап, привет! — раздался довольный женский голос.

— Настенька, родная привет! Ты давно не звонила? Ты добралась? Все хорошо? — и на лице Петра появилась добрая улыбка.

— Да! Тут вообще отлично! Я успела покататься на серфе, посмотреть на кенгуру! В Австралии даже метеориты другие! Они двойные! Представляешь? — с энтузиазмом рассказывала вторая дочь царя.

— Представляю, но как там с переговорами?

Хоть царь и рад услышать Настю, но у него еще были дела, а значит, надо поторопиться.

— Все хорошо. Король выразил заинтересованность в альянсе, — чуть сменив тон разговора, стала серьезнее. — А так же он приглашает тебя лично к себе на подписание соглашений.

Очень вовремя. Такой сильный союзник только укрепит позиции Российской Империи на мировой арене. Придется ехать в такую даль, ничего не поделать. Все же у них есть кое-какие технологии, которые нужны в Империи. А они, в свою очередь, могут предоставить сильных магов-истребителей и поделиться новыми разработками.

— Скажи, что я согласен, но надо сверить графики, наверняка, у короля тоже куча дел, — поглядывая на часы, сказал Петр Петрович.

Все же путешествие будет не быстрым. Надо пересечь аж два метеоритных пояса и придется ехать с делегацией. Так что это займет много времени.

— Как там дела у вас? — опять сменила тему Настя.

— Дорогая, прости, мне надо бежать. Монгольский посол чего-то хочет от меня.

— О как? — удивилась она. — Давненько про их не слышала. Ладно, я тогда тебе завтра в девять утра наберу, только, пожалуйста, не проспи!

— Обижаешь! — улыбнулся царь. Все же за ним был такой грешок.

Пятнадцать минут подходили к концу. Не стоит заставлять послов ждать. Они нынче обидчивые пошли.

В зале для переговоров за длинным столом сидел невысокий худощавый мужчина в очках с толстыми стеклами. Прическа короткая, костюм строгий.

— Добрый день, дорогой Бонанджар, — спокойно, но властно произнес царь, зайдя в зал и садясь в кресло на конце стола.

— Ваше Величество, — встал монгольский посол и сделал дежурный поклон.

— По какому поводу вы меня посетили?

Бонанджар не спеша положил на стол папку и достал оттуда документ.

— Мой солнцеликий Хан, осветит солнце и луна его лик, выдвигает вам протест.

— Протест? — приподнял бровь Романов.

— Вчера у границы Монгольской империи был замечен некто иной как Александр Есенин, Айседора Дункан и Екатерина Романова, ваша младшая дочь, — пояснил посол. — К последней у нас претензий нет, но для Айседоры Дункан и Александра Есенина пересечение государственной границы запрещено! Мой Хан недоволен подобным нарушением договора.