Перестав быть джентльменом, только что вышедшим из клуба, он тем не менее сохранил прежнюю уверенную точность движений, хорошо знакомую Мэделин. Его поступь так сильно напоминала походку Ренвика, что ее передернуло. Эти плавные, вкрадчивые движения навсегда связались в ее сознании с повадками опытных мастеров боевых искусств ванза.

«Может, я совершила серьезную ошибку, обратившись к этому человеку? — вновь подумала Мэделин. — Прекрати! — осадила она себя. — Сегодня вечером, отправляя записку в его клуб, ты отлично знала, на что идешь. Ты хотела его помощи и получила ее. Вот только каким боком это тебе выйдет, неизвестно».

Хорошо хоть, что внешне Хант совершенно не похож на ее покойного мужа. Это почему-то успокаивало. Голубоглазый, златовласый, с романтически красивыми чертами лица, Ренвик казался пародией на ангелов с картин великих художников.

Хант же, напротив, вполне мог позировать в качестве дьявола.

И дело было не только в темных, почти черных волосах, зеленых глазах и волевом аскетическом лице. От его холодного, проницательного взгляда по спине Мэделин бегали мурашки. Этот человек исследовал земные пространства ада. В отличие от Ренвика, который с легкостью волшебника очаровывал всех и каждого, Хант выглядел таким же опасным, каким, безусловно, и являлся на самом деле.

Она видела, как он нырнул в волны тени, омывавшие остров света под названием «Павильоны мечты».

Латимер слез с козел, и в окне кареты появилось его широкое хмурое лицо.

— Не нравится мне все это, мэм, — сказал он. — Надо было ехать на Боу-стрит и найти частного сыщика.

— Может быть, ты и прав, но теперь поздно. Я выбрала другой путь. Остается только надеяться… — Она замолчала, увидев Ханта, который внезапно возник за спиной Латимера. — Вот и вы, сэр! А мы уже начали волноваться.

— Знакомьтесь: это Коротышка Джон. — Арте-мис указал на худого жилистого нечесаного паренька от силы лет десяти-одиннадцати. — Он поедет с нами.

Мэделин взглянула на Коротышку Джона, сдвинув брови.

— Уже поздно, — сказала она. — Разве вам не положено быть в постели, молодой человек?

Коротышка Джон вскинул голову красноречивым жестом уязвленной гордости и с независимым видом сплюнул на тротуар.

— Я не по этой части, мэм. Мое дело — честная торговля.

Мэделин округлила глаза.

— Вот как? И чем же ты торгуешь?

— Информацией, — радостно объявил Коротышка Джон. — Я один из агентов Закари. Его глаза и уши.

— Закари — мой человек, — вмешался Артемис, видя, что объяснения затягиваются. — Джон, позволь представить тебе миссис Деверидж.

Коротышка Джон усмехнулся, сорвал с головы кепку и отвесил Мэделин на удивление изящный поклон:

— Я к вашим услугам, мэм.

Мэделин кивнула в ответ.

— Мне очень приятно, Джон. Надеюсь, ты сможешь нам помочь.