Что ж, этот человек имеет право немного отдохнуть, подумала Мэделин. Он наверняка сильно устал.

Разочарованная, она повернула обратно. Придется подождать со своими вопросами до утра.

Но дверь внезапно распахнулась, и на пороге возник Артемис. Его мокрые волосы блестели после мытья. Он сменил брюки и рубашку, в которых уходил из дома вместе с Закари, на черный домашний халат. Мэделин догадалась, что означала та возня, которую она недавно слышала на лестнице: это лакеи носили наверх горячую воду.

Понятно, что Артемису захотелось помыться, — ведь он ходил осматривать труп. Она бы на его месте тоже приняла ванну.

— Я так и думал, что это вы, Мэделин, Ее распирало любопытство, но прежде чем войти, она оглянулась и проверила коридор. Конечно, в этом доме необычная прислуга, но если ее увидят входящей в спальню к Артемису, без сплетен не обойдется.

Коридор был пуст. Довольная, Мэделин шмыгнула в комнату. Ванна, в которой он только что мылся, стояла перед камином, частично закрытая ширмой. С ее края свисали мокрые полотенца. На столе стоял поднос с чайником, чашкой, блюдцем и тарелкой с хлебом и сыром. Судя но всему, к еде он еще не притрагивался.

Увидев горевшую на низком столике единственную тонкую свечу янтарного цвета, Мэделин резко остановилась. Это была ванзагарская свеча. Плавящийся воск издавал тонкий, изысканный аромат — продукт сгорания уникальной смеси ванзагарских трав. Артемис был магистром ванза, а каждый магистр создавал свою собственную травяную смесь, которая отличала его свечи от свеч других магистров.

Мэделин услышала, как закрылась дверь, и резко обернулась. На душе у нее стало еще тревожнее.

Лицо Артемиса было осунувшимся и непроницаемым — сплошные жесткие углы и хмурые плоскости. Она сразу же поняла, что покойный, был ему знаком. Но во взгляде его не было горя — одна лишь сдерживаемая ярость.

Мэделин еще никогда не видела его таким пугающе мрачным. Несмотря на возникшие между ними интимные отношения, она очень плохо знала этого человека.

— Простите, что помешала вам медитировать, сэр. — Она стала потихоньку отступать к двери. — Я ухожу. Мы поговорим позже.

— Стойте! — Это был приказ. — Хотите вы того или нет, но, заключив со мной сделку, вы оказались вовлеченными в мои дела. Есть некоторые вещи, которые вам следует знать.

— Но вы же медитировали…

— Напрасная трата времени, если не сказать больше.

Он подошел к низкому столику, нагнулся и задул свечу.

Она сложила вместе ладони и обернулась к нему.

— Кем был этот человек, Артемис?

— Его звали Чарльз Освинн. — Он задумчиво смотрел на тонкую струйку дыма, оставшуюся от погасшего огонька свечи. — Он был одним из трех мужчин, которые погубили женщину по имени Кэтрин Джексон.