Знаешь, мне даже нравится этот чертов камикадзе. Совершенно безбашенный. Поверь, никогда не будешь с таким счастлива. Уезжай и забудь его.

Ничего не отвечаю. Я хочу забыть Вадима Маркова не меньше, чем Давида. Все хочу забыть, вот только для этого придется сделать лоботомию…

Обнимаю маму, сестренку. Егора нет, он живет своей жизнью, всегда так было. А в последние годы мы и вовсе отдалились.

Я попросила маму не ехать провожать меня в аэропорт. Туда примчалась Кристиана.

– Лили! Я буду очень скучать, милая! Как жаль, что вы с Давидом не помирились! Безумно жаль! Я просто в шоке от того что на вечеринке произошло… Очень испугалась. Твой отчим тот еще… бандит. Прости пожалуйста.

– Не за что просить прощения, так оно и есть, – усмехаюсь.

Крис крепко-крепко обнимает меня на прощание. Время идти на регистрацию.

– Я все равно верю, что в конце концов вы будете вместе, – таковы последние слова этой чудесной девушки, которая за проведенное во Франции время стала мне близкой подругой.

Но я не отвечаю, ведь это не имеет никакого смысла. Остро чувствую, что начинается новый этап в моей жизни.

– Лили, пошли после смены в караоке-бар? – уговаривает меня Настя. – Отдохнем, отвлечемся немного, а то работа, одна только работа. У нас с тобой в этом месяце столько смен, я уже забыла когда последний раз выбиралась. Отдыхать тоже надо…

– Сходи обязательно, развейся. Ты с Русланом, или с девочками? Я, увы, пас. Надо к зачетам готовиться. К тому же ты же знаешь, как ужасно я пою, – добавляю с улыбкой.

– Ну причём здесь это, Лили? – фыркает подружка. – Я хочу чтобы ты развелась немного. Ведёшь образ жизни отшельника. Работа, дом, учеба. Никакой личной жизни.

– Мне сейчас не до этого, ты об этом прекрасно знаешь…

Прошло полгода с тех пор как я вернулась из Франции. Первые недели в родном городе в воспоминаниях остались размытым пятном. По большей части я ревела в подушку, никак не могла смириться с мыслью, что больше не увижу Давида. Как глупая маленькая девочка я все же мечтала, что о примчится за мной. Приходил же тогда на вечеринку, хотел, чтобы я вернулась. Меня долго мучили сожаления, сомнения, что возможно зря дала ему отпор. Была даже грубой. Так испугалась за него… неужели он этого не понял?

В тот момент мне казалось что нет ничего важнее. Но позже до меня дошло, что такие как Давид делают предложение лишь однажды…

Ериханов не из тех, кто будет умолять.

Да и что он вообще мне предложил? Пойдем со мной, и все…

Потребовалось время, чтобы побороть отчаяние. Наконец я взяла себя в руки, занялась поисками работы.

Речи не могло быть о том чтобы вернуться в ночной клуб, я слишком изменилась для этого. Хотя мне предлагали, но я отказалась. Взяла себя в руки и занялась поисками другой работы.