На её дно уложил влажную массу из толчёного печенья, молока и масла — утрамбовал её дном стакана, вставленного в пакет из-под молока. Убрал форму с песочной основой в холодильник, разъясняя по ходу дела Котовой каждое своё действие. Приступил к приготовлению муссов.

Замочил в холодной воде желатин. Пока он набухал, приготовил базу из сливочного сыра: смешал сыр со сливками, добавил обычный и ванильный сахар, плеснул яблочный уксус. Вручил Котовой венчик — Лена справилась со взбитием мусса не хуже миксера. Подогрел в кастрюле сливки, смешал их с желатином. Тонкой струйкой влил их в базу из сливочного сыра, взбил до однородности.

Нижний слой чизкейка сделал шоколадным. Влил во взбитый Леной мусс растопленный шоколад. Выложил мусс на охлаждённую песочную основу. Отнёс форму обратно в холодильник. Через час на шоколадный слой мы уложили малиновый мусс — сделали его по примеру шоколадного, но с сиропом из малинового варенья. А ещё через час занял своё место в форме черничный слой.

Форму с чизкейком я отправил в холодильник до утра; случилось это за полчаса до полуночи. До утра попрощался с Котовой — клятвенно заверил Лену, что не отдам торт водителю Прохорова, пока она не полюбуется конечным результатом наших трудов.

Почти два часа я провозился с украшениями из творожного теста: изготовил сцену из диснеевского мультфильма «101 далматинец».

В четыре часа утра проснулся по будильнику. То и дело зевая, сварил на кухне шоколадную глазурь; залил нею аккуратно вынутый из формы трёхслойный чизкейк. Слой глазури сделал тонким, похожим по толщине на яичную скорлупу. Вздремнул ещё час. Вынул из морозилки похожие на крохотные детские игрушки фигурки — не спеша расставил их на шоколадной поверхности.

Слизнул с пальца крем. Прищурил правый глаз и взглянул на торт — убедился, что все элементы украшения заняли свои места. Когда-то я скопировал эту композицию с иллюстрации в детской книге. Повозился тогда над ней изрядно. Но остался доволен результатом. Я поправил чуть склонившегося на бок слепленного из теста щенка, повернул его мордочку вверх. Стёр с пальца след от шоколада.

Хмыкнул, подумав о том, как странно работала моя память. Я сейчас не помнил точную хронологию громких исторических событий, о которых без устали твердили по телевизору.

Позабыл имена и фамилии многих приятелей. А торт, приготовленный однажды для пятилетнего внука Артура Прохорова, повторил с точностью до расположения всех шоколадных пятнышек на шкурах мультяшных щенков.

Утреннюю пробежку я не пропустил. Пусть и зевал безостановочно по пути к школьной спортплощадке.

А по возвращению в общагу я предъявил на зрительский суд трёхслойный чизкейк.

Первым высказался Артурчик.

— Офигеть, — сказал он.