Но не улыбнулся — нахмурился, будто услышал плохие новости. Олег стоял под каштаном, на котором уже появились нежно-зелёные, но пока ещё маленькие листья. По соседству с двумя коренастыми седыми пенсионерами, шумно возмущавшимися по поводу цен на тюльпаны и выдыхавшими в сторону Олега клубы папиросного дыма. Пенсионеры взглянули на меня с нескрываемым подозрением (будто это я «ломил» цены на весенние цветы). Раздражённо бросили под каштан окурки и зашагали мимо ступеней кафе.

Котов поприветствовал сестру, пожал мне руку.

— Я уж решил, что вы не придёте, — сказал он. — Подумал: вы меня в воскресенье разыграли. С этой вашей женитьбой.

Лена стряхнула с рукава пиджака брата крохотное пёрышко. Поправила Олегу воротник рубашки. Убедилась, что Котов до блеска начистил ботинки.

— Молодец, Олежек, что пришёл, — сказала она. — Успокойся. Всё будет хорошо.

— Да я и не волнуюсь, — ответил Котов. — Я что, бандитов никогда не видел?

Лена покачала головой.

— Я не о бандитах говорю. Запомни, Олежек: Рита обычный человек. Она тебя не укусит.

— Да понял я. Понял.

Его голос предательски дрогнул.

Здесь же, под каштаном, я провёл для Олега инструктаж.

— Ты резиновой милицейской палкой хорошо орудуешь?

— Нормально, — сказал он. — Тренировался. Немного.

Я вынул из портфеля похожий на короткую дубину бумажный свёрток, протянул Олегу.

— Вот это будет сегодня твоим основным оружием. В случае если на тебя попрут толпой. Или если хулиганы кинутся на тебя с розочкой из пивной бутылки.

Котов взвесил в руке свёрток.

— Что это? — поинтересовался он.

— Скалка, — пояснил я. — Обычная. Деревянная. Для раскатки теста. Прочная. Самое то против ножа или розочки. Народный вариант милицейской палки. Рите скажешь, что прикупил скалку для сестры: в подарок на Восьмое марта.

Вручил Олегу портфель.

— Внутри лежит бутылка коньяка. Дорогого. Это для профессора. Скажешь Рите, что шёл к Баранову. Хотел поблагодарить его за то, что он во время сессии пошёл Лене на уступку. Ты только недавно узнал о его великодушном поступке.

— Коньяк завёрнут в газетную бумагу, — сказал я. — Бутылка лежит в ворохе смятых газет. Поэтому не переживай за неё. Смело бросай портфель на землю в случае заварушки. Не волнуйся за профессорский подарок — не разобьётся.

Лена указала пальцем на портфель.

— Коньяк, между прочим, я купила, — сообщила она. — Это мой взнос в твою будущую счастливую семейную жизнь. Если упустишь сегодняшнюю возможность, то выплатишь мне за коньяк всё до копейки. Так и знай, братик.

Олег хмыкнул, но промолчал.

— Наши действия такие, — сказал я. — Заходим во двор. Ты первый. К подъезду Барановой не идёшь — занимаешь позицию у соседнего. Мы с Леной расположимся неподалёку. Видел я там пару удобных мест. Ждём Риту, внимание к себе не привлекаем.