И бензина было достаточно, и мотор работал почти бесшумно, и встречные машины великодушно предупреждали о затаившихся гаишниках, но что-то изменилось, и явно в худшую сторону. Уже не было уверенного спокойствия, безоглядной надежды, что все обойдется и он выберется из этой гнилой ямы, в которую попал нежданно-негаданно.

Появилось беспокойство, и самое неприятное было в том, что он не мог понять — откуда оно. Может быть, гаишник, еле видимый в зеркале заднего обзора, как-то нервно метнулся в свою будку после того, как он уже проехал мимо. Или что-то настораживающее было в машине, которая обогнала его, — Афганец ее и не запомнил, не обратил на нее ровно никакого внимания, но что-то откликнулось в нем на эту машину, и заныло, заныло в душе. Или вертолет...

Да, в стороне над дальним полем уже несколько минут параллельным курсом шел вертолет. Он не уходил в лес, не приближался к дороге, но его появление не предвещало ничего хорошего. Возможно, там шли какие-то учения, а может, сельхозники подсчитывали будущие свои урожаи. Но не исключено, не исключено, что из этого вертолета внимательно рассматривали его «жигуленок» в мощные бинокли, передергивали затворы, ловили машину в перекрытие оптических прицелов...

Чтобы проверить свои подозрения, Афганец неожиданно свернул на узкую тропинку в лес и скрылся под высокими деревьями. Он выключил мотор, вышел из машины и прислушался. Но нет, ничего, кроме невнятного гула проносящихся по дороге машин, не услышал. Не зарокотал над головой вертолет, не загрохотали выстрелы, не залаяли натасканные собаки. Чуть слышно шелестели деревья, потрескивали под ногами сухие веточки.

— Ну и ладно, ну и пусть, — пробормотал Афганец, почувствовав, что стало легче, напряжение отпустило его, и он почти успокоился. Но терять время было нельзя, до границы области оставалось километров тридцать, и ему во что бы то ни стало нужно побыстрее преодолеть это расстояние. Там другая власть, другие проблемы, там ловят не его, других ловят. А пока менты договорятся, согласуют и утрясут, он проскочит и ту область. Деньги есть, машина хорошая, сил хватит. В крайнем случае выручит пистолет, который он прихватил с собой. И пусть тогда по этому пистолету, по нарезке на пулях вычисляют Воблу, пусть ищут его и пусть находят то, что от него осталось...

Одно обстоятельство тревожило Афганца и заставляло время от времени досадливо крякать — свинью он подложил Петровичу с этим недобитым Воблой, большую свинью. Что бы ни случилось, Петрович окажется виноватым, и ему придется расхлебывать кашу. Ну ничего, он сам предупредил и, значит, допускал, что на даче возможны неожиданности. Человек он опытный, пусть подключит Вандама, Жестянщика, Забоя...

Афганец сел в машину, завел мотор и осторожно выехал на дорогу.