Аля выглянула в окно и увидела, что к медпункту приближается кабина от старого грузовика, поставленная на два колеса, а сзади был кузов, похожий на большое деревянное корыто.

Николай остановил своего уродца перед медпунктом и крикнул Але, чтобы открыла дверь. Она выбежала на улицу и увидела в низком кузове что-то накрытое брезентом, под которым угадывались очертания человеческого тела.

Сердце у Али ухнуло вниз, уж слишком свежи были воспоминания об утопленнике. Неужели еще один труп?

– Принимай раненого! – сказал Колька и откинул брезент.

Аля увидела только кровь, которая заливала все вокруг. Сжав зубы и опершись о борт, она заставила себя перевести взгляд на лицо раненого и узнала Василия Долгова. Лицо его было бледным как скатерть, но нетронутым, в то время как вместо тела была мешанина из крови и рваной одежды.

– Что это? Ты кого привез? – пролепетала она.

Тут подоспела вездесущая Медведишна и ввела ее в курс дела. Оказалось, что Васька, маясь дурью без своего трактора, решил отправиться в лес за весенними грибами, точнее, жена его выгнала, чтобы не мешался под ногами.

Пошел налегке, сказал, недалеко, он полянку хорошую знает, быстро вернется. Жена только рукой махнула – хоть бы и до вечера где-то ходил, лишь бы дома на нервы не действовал.

Да видно, нарвался в лесу на медведя, они весной голодные и злые. А у Васьки, как назло, ни ружья, ни дубины какой не было, вот медведь его и порвал.

– Что делать? – пролепетала Аля. – Его же в больницу надо, а что я-то могу?

Тут кто-то отодвинул ее крепким плечом, и Аля увидела рядом Александра. Он прикоснулся к шее раненого, потом открыл веки. Аля вздрогнула, потому что глаза настолько закатились, было видно только белки.

– Он умер? – шепотом спросила она, опасливо оглянувшись на Медведишну.

– Жив пока, – вздохнул доктор, – но…

– Помирает! – ахнула Медведишна. – Помирает Василий, пойти жену позвать…

– Ты, тетка, иди отсюда, – посоветовал Александр, не оборачиваясь, – и народ не баламуть там. Деда Михея позови, пускай сюда идет! Николай, помоги его внутрь занести!

– Это зачем? – пролепетала Аля. – Его же в больницу надо!

Александр ответил только тогда, когда они занесли раненого в медпункт и положили на стол.

– Вот что, Алевтина, – начал он, – везти его куда-то сейчас никак нельзя. У него весь живот располосован, пока довезем, растрясет совсем, кровью истечет. Опять же, воспаление начнется, в животе это быстро. Да и кто повезет-то? На чем? Мост так и не починили. Вертолеты ведь к вам не летают… – хмыкнул он. – Эх, деревня! Каменный век!

– Так что делать-то? – Аля всхлипнула.

– Не реви! – строго сказал он.