Отчётливо видела только лицо Андрея. Я затаила дыхание, чуть-чуть приоткрыла губы и беззвучно сказала:

Андрей не моргал, его глаза вмиг наполнились болью.

Мир вокруг замер, время остановилось. Где-то далеко глухо-глухо отсчитывали последние секунды моей свободы настенные часы.

Тик-так... тик-так...

— Суд удаляется для принятия решения, - громко озвучил судья и, поднявшись, отправился в совещательную комнату.

Это был самый долгий перерыв в моей жизни. Я не понимала, что чувствовала, просто ждала. И

уже ни на что не надеялась.

— Встать! Суд идёт, - прогремело на весь зал, и мы все поднялись, приветствуя судью.

Он вошёл, занял своё место и разложил перед собой бумаги. Надел очки, пробежался по тексту глазами, готовясь огласить приговор. Но вдруг замер, снял очки и, закусив дужку зубами, взял недолгую паузу.

— Прежде чем озвучить решение, позвольте мне кое-что сказать...

Такого никто не ожидал. Присутствующие в зале начали перешёптываться, переглядываться, я смотрела на судью безотрывно.

— Ещё на студенческой скамье я усвоил главное: нет ничего дороже человеческой жизни, чести и достоинства. Ненависть, злоба, жестокость - эти эмоции не должны влиять на наши решения. Это губительно.

Я приложила пальцы ко рту.

— Когда мы принимаем решение, обязаны прислушиваться к другим чувствам, таким как...

справедливость, - сказал судья и с уважением взглянул на Данилова.

— Сострадание... - перевёл взгляд на прокурора.

— Вера, - взглянул на Андрея.

А потом он посмотрел на меня.

— И любовь к ближнему.

Моё сердце стучало, внутри всё клокотало, я почти задыхалась.

— Провозглашается приговор суда... - услышала я. От напряжения в глазах потемнело.

— Принимая во внимание обстоятельства, суд постановил прекратить уголовное дело... -а дальше я будто оглохла, меня уносило куда-то. Судья шевелил губами, зачитывая текст, а у меня в глазах потемнело. - Признать подсудимую невиновной, и в связи с оправдательным приговором освободить Ярцеву О.В. из-под стражи в здании суда.

У меня подкосились ноги, пальцами хваталась за перегородку бокса, но никак не могла ухватиться. Я пыталась не рухнуть в обморок, всё ещё не веря в услышанное. Сердце убегало, в висках пульсировала кровь. Данилов улыбался мне как мальчишка.

Когда меня выпустили, Павел протянул руку, чтобы поздравить. Я растерялась, коленки ряслись, сердце выпрыгивало. Я почти ничего не видела из-за слёз радости.

И как только моего плеча коснулась тёплая, родная рука Андрея, я обернулась.

Улыбнулась, наполняясь ликованием от счастья в его глазах. Андрей обнял меня. Сильно, крепко, наплевав на всех.

Пусть смотрят. Пусть думают, что хотят. Всё равно... Я вцепилась пальцами в лацканы его пиджака, уткнулась лицом в его грудь и наконец-то глубоко, с облегчением выдохнула.