Глава Серых Шипов признал его старшинство, и это стоило закрепить с остальными. Он обвел их требовательным взглядом и произнес:

— Теперь поговорим о Народе. Признаете ли вы меня своим кингом?

— Признаю, — Коготь-как-Серебро решительно опустился на одно колено. — Небесные Когти с тобой, владыка.

— По праву крови Дарующего — признаю, — сказал Острый-как-Шип, поглаживая свой золотой лук. — И благодарю. Тени давно не видели такой золотой охоты…

— Тени шепчут, древняя кровь проснулась, — дребезжащим голосом произнесла повелительница Луноликих. — Я видела твои сны… Но что скажет большой тинг? Лунные камни знают, там многие захотят твоей крови…

— Те, кто жаждет древней крови, захлебнутся своей, — спокойно ответил Пламени Подобный. — Круг признает мой Титул и вернет наш Народ под золотой свет. Но вперед больших слов идут малые. Признаешь ли ты меня своим владыкой, Шепот-в-Ночи?

— Пути Каменных Луков и Лунных Теней далеки. Если ты готов их сблизить, я назову тебя владыкой…

— Говори, чего ты хочешь? — позволил себе усмехнуться Пламени Подобный, ибо старуха торговалась за лучшее место у костра, хоть внутренне уже и приняла неизбежное.

— У тебя нет жен. Возьми мою серебряную кровь. Ночной Страх… Ты ее видел. А твоим даром пусть послужит Руна, что забрали у нее Люди Земли…

Замысел Шепот-в-Ночи был ясен — она предлагала династический брак, который должен связать две септы прочнее, чем Клятва. Породниться с древней кровью — огромная честь, а если Найтфир первой понесет дитя, Луноликие станут куда ближе к Каменным Лукам. И заодно хитрая старуха проверяла его отношения с Народом Земли. Если сын вождя, бывший изгой, сможет вернуть потерянную Руну, альянс с землянами гораздо ближе, чем кажется.

Пламени Подобный на мгновение задумался. Лунные Тени — сильная септа, после разгрома черепов — вторая после Каменных Луков. Без власти над ней его план будет трудно осуществить. Он видел Ночной Страх — внучка Шепот, серебряная Восходящая, та самая посланница, что едва не сделалась добычей Всадника. Отважна и красива, чистая кровь Аммос — и не столь важно, что думает она сама. Каласса и Шелковая Тень будут недовольны, но кингу нужно смотреть дальше, чем мужчине. А взгляд осколка Единого простирается еще дальше…

— Если Ночной Страх захочет принять дары, я возьму ее в жены, — сказал он, прищурившись. — И подарю дитя, если Незримый будет благосклонен. Но путь моего Восхождения долог, опасен и труден, и ей придется принять его. А ее септе — принять мою волю!

— Владыка, — поклонилась старуха, опустив каменные глаза, и он понял, что вопрос исчерпан.

Око Наблюдателя вспорхнуло с его ладони, мгновение спустя остальные риксы повторили жест, и над ними загорелись призрачные копии дара хранителя Единства.