беспощадно сминая и платье, и сделанные мастерски локоны.　

— Ты тоже.　"

"Я искренне отвечаю, хотя его рубашка и прическа, конечно, куда более стойкие к ласкам.　

— Лада… — он вдруг отстраняется и делает так, чтобы мы смотрели друг другу в глаза. — В загсе я кое-что пообещал, а теперь хочу добавить. Я… хотел быть с тобой давно. Может, даже всю жизнь. Желал оберегать тебя, и иногда это даже получалось. Мне очень бы хотелось, чтобы дальше твоя жизнь… наша жизнь была похожа на сказку. Но если будут проблемы, если ты чего-то испугаешься, знай — мы будем вместе искать решение. Клянусь.　

Хм, импровизированная клятва новобрачного? Меня она трогает гораздо глубже, чем если бы это была заготовленная торжественная речь.　

— Я обязательно буду иметь это в виду, — легонько улыбаюсь, — и ты знай, что я всегда буду стараться понять тебя и поддержать. Клянусь… Ты был манящей загадкой, а стал самым лучшим мужчиной из плоти и крови.　

Мирон тоже улыбается, а потом мы оба не выдерживаем и срываемся на смех. Впрочем, веселое настроение быстро сменяется новым поцелуем.　

Водитель тем временем делает свое дело, и машина в какой-то момент останавливается. Оказывается, мы въехали в коттеджный поселок, пока были заняты друг другом. Но мы не около дома. Особняк с белым каменным забором чужой. Грешным делом, я думаю, не решил ли Мирон переехать.　

Но мы не обсуждали смену дома, я и Матвейка полюбили его всей душой, и там куча места. Так что в полном непонимании беру за пальцы супруга и выхожу из автомобиля. Нам уже открывает ворота улыбчивый мужчина средних лет.　

— Сегодня слабые пробки?.. — скорее утверждает он после приветствия. — Даст бог обратно тоже доедете быстро. А то его может стошнить. Ну. возьмете пеленки.　

Низкий брюнет рассуждает сам с собой, мой муж загадочно молчит. Я вообще ничего не понимаю! А когда входим в ворота раздается лай. Не злой, скорее игривый. Но я вздрагиваю всем телом — опасаюсь собак.　

— Чарлик, тише, — морщится хозяин большой, чуть небрежной территории, — идемте, Друзья.　

Он так радушно обращается к нам. но я торможу на месте. Гавкал всего лишь милейший шпиц. Рыженький, мохнатый как лисичка. Мне очень нравится эта порода собак. Даже на свой ноутбук я поставила на заставку подобного. Но фобия все равно ввела меня в легкий ступор.　

Мирон возвращается ко мне. показывая жестом мужчине, что мы догоним. Любимый гладит меня по спине.　

— Испугалась?　

Хмурюсь.　

— Скорее не ожидала. А Чарли очень симпатичный.　

Мирон не убирает от меня руку.　

— Знаешь, меня однажды покусала собака, — признается он, — пес сам был напуган, его раздразнили. Позже я поймал его, увез в клинику, чтобы проверить на бешенство. Животное оказалось нормальным и уехало к одному бывших учеников Агриппины в поселок.