– По крайней мере это – правда, – сказала она, стараясь не обращать внимания на то, как колотится ее сердце, и зная не хуже Девона, что весь этот разговор забудется сразу же, как только они войдут в ее апартаменты.

– Где моя невестка? – Она отдала бы все на свете, лишь бы Фелисити со своим здравым смыслом оказалась сейчас здесь, отвлекая Дьявола от его цели.

– В доме Уита, приглядывает за его леди, – ответил он, когда они подошли к дверям апартаментов.

Она оглянулась, положив руку на дверную ручку.

– А сам Уит не приглядывает за своей леди, потому что он…

Девон указал подбородком на дверь.

– А что я должен был сделать? Встать на его пути? Тебе повезло, что я смог уговорить его подождать здесь, пока я тебя разыскиваю. Он рвался лично обшарить все здание.

Грейс сжала губы в тонкую ниточку и распахнула дверь. Мужчина, находившийся внутри, уже шел ей навстречу, огромный, разгневанный.

Едва они вошли в комнату, Грейс захлопнула дверь и прижалась к ней спиной, притворяясь, что откровенное неистовство брата не выбило ее из колеи. За те двадцать лет, что она знала его, с тех пор, как они сбежали, оставив позади общее прошлое, и заново создали себя, став Бесперчаточниками, Далия ни разу не видела Уита разъяренным. Видела только, как он карал провинившихся, холодно и беспощадно, но лишь после того, как «прогорал весь бикфордов шнур» длиной с саму Темзу.

Однако стоило ему влюбиться…

– Где он, черт бы вас всех побрал?

Грейс не стала делать вид, что не поняла.

Уит зарычал – негромко, гортанно, как дикий зверь, готовый к прыжку, и только по этому грозному звуку было понятно: он ее услышал. Известный всему Ковент-Гардену как Зверь, он пребывал в отчаянном напряжении всю ночь, точнее всю неделю с момента, как взрывом в доках (дело рук Эвана) едва не убило Хэтти.

Он взглянул на Дьявола:

Господи, избави ее от несносных братьев.

Уит посмотрел на нее:

– Нет, – растягивая звуки, протянула Грейс. – Он внизу пляшет джигу.

– Ты должна была сказать нам, что он здесь.

– Зачем? Чтобы ты смог его убить?

Она дерзко посмотрела ему в глаза:

– Ты не можешь его убить.

– Да мне плевать на его титул! – воскликнул Уит, всем своим видом демонстрируя, что он и есть Зверь, как его называет весь Лондон. – Я раздеру его на части за то, что он сделал с Хэтти!

– И тебя за это вздернут, – отрезала Далия. – Какая польза от этого будет твоей любимой?

Он взревел от досады, повернулся к массивному письменному столу, стоявшему в углу и заваленному кипами деловых бумаг клуба – досье нынешних членов, бульварные газетенки со сплетнями, счета и письма. Уит одним движением руки смел со стола большую стопку заявлений на вступление в клуб, и бумаги разлетелись по всей комнате.