– Он полностью покорился Марвику, чтобы спасти нас.

– Старик должен был знать, куда мы убежали, – сказал Девон.

«Он знал, где вы, – сказал ей Эван, – но мне этого так никогда и не открыл».

– Мы были маленькие, перепуганные и наверняка оставили за собой вереницу следов. Но он за нами не погнался.

Девон мгновенно понял суть задумки.

– Старик использовал нас как дубину над головой Эвана. Он знал: стоит ему ослушаться, и последует расправа над братьями и сестрой.

Как же они не разгадали коварный замысел этого монстра?

– Господь свидетель, он и до этого тысячу раз размахивал перед носом безопасностью каждого из нас, чтобы держать всех на поводке.

– В первую очередь моей безопасностью, – добавила Грейс.

– М-м-м, – согласился Уит. – И никто не боялся за жизнь Грейс больше, чем Эван.

Трость Девона ударяла о крышу в ровном, задумчивом ритме.

– Проклятье, – прошептал он наконец с благоговением в голосе. – Он отказался от тебя. Передал нам, под нашу защиту. Ничего удивительного, что он был готов взорвать половину Лондона, когда решил, что мы тебя не уберегли.

– Он отказался от всего, – сказала Грейс то ли им, то ли себе.

От братьев, которых только что обрел.

«Я полюбил тебя в тот момент, когда впервые увидел целую жизнь назад, но те чувства бледнеют по сравнению с тем, как я люблю тебя сейчас».

– Все эти годы мы думали, что он выбрал титул вместо нас, – сказал Уит. – А на самом деле он выбрал титул ради нас. Принес себя в жертву.

– Не ради нас, – поправил его Девон. – Ради Грейс.

Он пришел к ним несколько недель назад, чтобы они подвергли его наказанию. Поклялся, что покроет нанесенный ущерб. А на самом деле Эван нес это наказание двадцать лет.

– Ты сказал, что он уехал. – Грейс полными слез глазами посмотрела на Девона. – Куда?

Назад в имение. В место, которое все они ненавидели, потому что оно так многого их лишило. В первую очередь его. Грейс хотелось завизжать, но вместо этого она вскочила на ноги, переводя взгляд с одного брата на другого.

– Он не должен там быть.

– Он герцог Марвик. Где еще он должен быть? – спросил Девон.

«Где угодно, только не там».

Грейс посмотрела на братьев.

– Ты имеешь в виду особняк?

– Вообще все, – уточнила Грейс. – Но у него нет выхода, верно?

«Я хочу тебя, – сказал он. – Я хочу тебя, я люблю тебя».

Только с ней он может быть счастлив.

Они могут быть счастливы вместе.

– Он хочет меня, – негромко произнесла она.

– Тогда почему уехал? – спросил Девон.

– Потому что… – начала Грейс и замолчала, не желая заканчивать фразу. «Потому что я испугалась взять то, чего хочу».

– Потому что ему больше некуда идти.

Потому что она опять его оттолкнула. Опять от него убежала. Но на этот раз он этого не заслуживал.

Ее захлестнуло сожаление – сожаление и еще что-то, куда более мощное.