То, что Саид мне поможет в этом вопросе, я нисколько не сомневался.

– Как там Хохол, как здоровье?

– Да все так же – то лучше, то хуже станет. Слушай, мы же его в Москву увезли, там какой-то дикий реабилитационный центр есть, как раз для таких случаев, – придумал я на ходу, чтобы Саид о встрече не попросил, некогда сейчас этим заниматься.

– Ну и правильно, отдыхать ему точно нужно, восстанавливаться. Дела подождут, но как приедет – сразу ко мне, хорошо?

– Твои родители как? Здоровы?

Так за разговорами пролетел час, наверное, пока Саид не удостоверился, что все живы-здоровы, включая Настю, Катю, Хохла родителей, конечно же.

Приехал племянник, отдал Саиду пакет, понятно с чем. Саид сразу, не заглядывая, положил на крайний пустой стул: – Потом посмотришь, ствол чистый, номера спилены, там две полные обоймы и двадцать патронов еще, хватит тебе или цинк еще нужен? – улыбнулся, он, про цинк – шутка, понятное дело, в цинке патронов не меньше тысячи.

– Спасибо, Саид, хватит, за глаза. Сколько я тебе должен?

– Что ты? Я же сказал – подарок. Я вижу, что-то случилось у тебя, могу еще чем-нибудь помочь? Людей дать?

– Нет, спасибо, Саид, ничего не случилось, так, хочу подстраховаться в одном деле, ты уже очень сильно помог.

– Пустяки, – отмахнулся он, – У нас этого гуталину ну просто завались, у меня дядя работает на гуталиновой фабрике.

Все засмеялись, даже вечно угрюмые, особенно при Саиде, племянники.

– Еще один момент, – подождав, пока все просмеются, добавил Саид, – Эмин, покажи бумагу, которую всегда с собой возишь.

Эмин достал из кармана, сложенный листок бумаги, развернул, протянул мне. Читаю – на имя начальника милиции, я, такой-то, такой-то, нашел утром на стоянке автомобилей, выроненный кем-то пистолет, черный, марка-модель не знаю, не разбираюсь, число, подпись.

– На, листок, ручка, – протянул он мне бумагу с ручкой, – Пиши, в школе, надеюсь, научили списывать?

– А то, – взялся я писать, – Пятерка была по списыванию.

– Каждое утро пиши новое, с новой датой, не поленись.

– Хорошо, Саид, спасибо.

От Саида я поехал уже в хорошем расположении духа, а главное – уверенный в себе, первым делом на Поляну.

Жженый выскочил аж на улицу, встречать, как увидел, что я подъехал, заметно радостный.

Видать, переживал последний наш разговор, думал, что не скоро я к нему приеду. Поздоровался как ни в чем не бывало, стал болтать, без умолку, то спросит, как дела, то не дав ответить, перечисляет, что он может прямо сейчас на завтрак приготовить, то вчерашний матч сборной рассказывает. Я молча принес пакет, развернул, стал осматривать пистолет, вынул, вставил обойму, передернул затвор, поставил на предохранитель. Только здесь он приумолк, присел напротив, стал ждать, притихнув.