Короткая, наподобие той, что верещит рано утром, когда в продовольственный магазин заходит заведующий и снимает магазин с пульта вневедомственной охраны.

И каждый сигнал отображается на брелоке хозяина. Гаенко, проникни чужак в его машину, даже будет точно знать, через какую дверцу это проникновение осуществлялось. Хорошая сигнализация, из Швеции. Там, говорят, машины не угоняют – редкость это в поведении граждан. А потому педантичные шведы изготавливают сигнализации на импорт, как сопутствующий товар для своих авто.

Есть еще одна функция. Перестраховщики шведы постарались… Можно сесть в машину, отключив сигнализацию.

Потом вставить в замок зажигания родной ключ с кодом. Подключить иммобилайзер, без которого машину не завести даже с родным ключом. Однако если не отключить систему безопасности, вещающую на пульт местной инспекции по безопасности движения, то минут через пять езды тебя засечет пеленг рыщущего в поиске подобных катаклизмов экипаж и отобьет охоту красть чужие машины. Или забывать сотрудничать с собственной системой безопасности.

А как иначе? Иначе нельзя.

Машина стоимостью в восемьдесят тысяч долларов, исполненная по спецзаказу, должна оставаться у владельца как можно дольше.

Прошагав под внимательными взглядами охранников через створку детектора металла, Гаенко вышел в коридор и направился к самой дальней двери. Есть места в России, которые всегда успевают за западными веяниями. Это банки. И политика русских банкиров такова, что ныне банки в стране, занимающей сорок девятое место по уровню развития и доходам на душу населения, являются образцами для подражания тем, кто находится в первой тройке рейтинга.

Мраморные стены, гранитный пол, мозаичные потолки – так в США, например, не все храмы украшены. Стекла – пуленепробиваемые, система безопасности – понадежнее, чем на машине Игоря Викторовича, и за каждым таким стеклом лицо, никогда не перестающее улыбаться. Есть должности, при которых постоянное наличие улыбки на лице обязательно, как прокладка на каждый день. Хозяйки этих улыбок их уже просто не замечают. Хоть прыгай вприсядку, хоть наклоняйся – улыбка не стряхивается. Стюардессы, те тоже всегда улыбаются, но эти улыбки больше похожи на послеоперационный незаживший шов. Резиновые. Возьми пальцами за щеки, сведи пальцы – улыбка исчезнет. Отпусти – щеки снова расползутся.

Дело в заработной плате. В некоторых банках девушки постоянно улыбаются от души, даже когда от них это не требуется. В месяц они получают, как весь экипаж воздушного судна вместе с первым пилотом и штурманом.

А здесь все улыбаются. Один Игорь Викторович никак не может выдавить хоть какое-то подобие жизнелюбия.