Если не ошибаюсь, он из Ольхового, — доложил Кольцов. — Можно позвать?

Попович рассказал о событиях в Ольховом, о положении в полку. Не верить ему не было оснований. Польская армия доживала последние дни. И комбриг принял решение.

— Итак, вы создаете две группы, одна займется пограничной стражей, другая — в Ольховое…

— И запомните… — вмешался Шумилов. — Никаких вооруженных столкновений! Мы не собираемся воевать. Ваша задача — разведать обстановку и предупредить части при подходе, а там найдем общий язык с польскими солдатами. Они поймут…

Комбриг торопился.

Взглянув на часы, предупредил:

— Итак, в четыре мы переходим Збруч. Сверьте часы… Сейчас шестнадцать тридцать, в вашем распоряжении почти полсуток. Надеюсь, успеете… Да, с этим врачом. Думаю, его можно использовать для переговоров с Ольховатским гарнизоном! Но это вы решите с комиссаром…

Шумилов остался на заставе, объяснил дальнейшую задачу. Вслед за дивизией весь погранотряд передислоцируется на границу с Румынией по Днестру. Он указал фланги заставы на карте.

— Только пройдут части наших войск, немедленно закрывайте границу.

Учтите: в Ольховом будет нелегко, там брод через Днестр, шоссейная и железная дороги, много сомнительных людей устремится в Румынию. Надо действовать осторожно и тактично, ни в коем случае не забывать, что мы не завоеватели. Мы только освобождаем наши исконные земли. Имущество заставы пока передать председателю сельсовета. Ясно? Вот и действуй, солдат, — отпустил он Кольцова. — А мы с политруком еще побеседуем…

Кольцов занялся формированием групп, а Шумилов тем временем знакомил Вайду с правительственной инструкцией, вручил ему удостоверение Президиума Верховного Совета УССР.

— Учтите, Антон Савельевич, в Ольховом вы не только пограничник, но и представитель Советской власти, уполномоченный Верховным Советом создать народные комитеты в освобожденных селениях. Здесь нужна гибкая дипломатия. Понятно?

— Понятно, товарищ комиссар.

Шумилов уехал. Тимощенко, Денисенко и Великжанов вышли на границу снимать наряды. И с наступлением темноты бойцы начали сходиться на заставу. За три года совместной службы не было случая, чтобы вот так все вместе ужинали или обедали за одним столом.

 Какое-то тревожное настроение овладело ребятами.

— Что ж это получается? — переговаривались между собой вполголоса — Ведь мы открыли границу!

И только после ужина на коротком собрании Кольцов объяснил обстановку и дальнейшие задачи.

Пригласили председателя сельсовета. Когда ему предложили принять хозяйство и подписать акт, он все понял.

— Раз такой поворот, акт подпишу, и хозяйство будет в полной сохранности, но и я с вами…

— А кто же Лугинами будет командовать? Нет, Симон Сергеевич.