Я должна почувствовать облегчение, ведь это мой шанс! Получить высокооплачиваемую должность, сработаться с боссом, закрепиться в столице. И главное — обеспечить детей. Моих и ничьих других.

Но почему на душе словно кошки скребут? А сердце рвется на части…

Осознаю, что мое молчание затянулось, когда слышу предупреждающий кашель Врагова. Складывается впечатление, будто он на моей стороне. Или слишком хорошо знает партнера-тирана Загорского и поддерживает кандидаток. А может, они вдвоем просто играют в «плохого и хорошего полицейских»?

Призываю остатки своей выдержки, заталкиваю глубже эмоции — и обезоруживающе улыбаюсь обоим.

Укладываю руки на стол, дублируя позу Стаса.

— Что привело меня сюда? — повторяю его вопрос на чистом английском: слишком легкое испытание для меня. — То же, что и десятки других кандидатов, томящихся в коридоре. Я хочу эту работу, — звучит слишком дерзко, но я списываю это на нервы.

— Почему я должен выбрать именно вас? — Стас не сводит с меня испытывающего взгляда. — Чем вы лучше других? — кивает на дверь за моей спиной.

— Вы должны выбрать того, кто максимально подходит под ваши требования.

Решать только вам. Я же, со своей стороны, предлагаю свои знания, профессионализм и опыт работы, — выдаю без неуместного смущения. — Все указано в документах.

Загорский возвращается к бумагам, а у меня холодеет все внутри, когда он останавливается на моем семейном положении. Я одинока, разведена — все, как требует Стас. Но… дети… Лиля обещала поговорить с подругой из отдела кадров, чтобы та не указывала в моих документах Вику и Витю. Для Загорского я должна быть бездетной. Но я понимаю, мало кто захочет рисковать должностью.

А тем более, идти против такого бескомпромиссного босса.

Что если..?

— Да, весьма занимательное резюме, — тянет Стас задумчиво, задерживаясь на пугающей меня странице дольше, чем нужно, а потом листает дальше. — Итальянский? — хмыкает неоднозначно, добравшись до пункта, где указаны языки, которыми я владею свободно.

Вместо ответа слегка повожу одним плечом, чуть заметно киваю и изгибаю бровь, намекая, что к «проверке» готова. Однако моя непоколебимость улетучивается, стоит лишь Стасу задать свой следующий вопрос.

— Чем вы занимались после работы в издательстве? — переходит на итальянский.

Не знаю, что выбивает меня из колеи больше: сам вопрос или то, как он звучит по-итальянски из уст Стаса. Приятно и гармонично. Мужчине идет этот язык. Они словно созданы друг для друга.

— Почти два с половиной года, — продолжает он, пока я вслушиваюсь в акцент. — Что вы делали все это время?

— Кхм… Я уезжала из столицы, — признаюсь честно, но не говорю самого главного. — Самосовершенствовалась, — выкручиваюсь я, не желая врать ему прямо в глаза.