Так хорошо, что через несколько дней мы уже все вместе, как обычная семья, отправимся на море…

– А-а-а нам-м долго лет-теть? – заикается мышонок, крепко вцепившись в мою ладонь. И шага сделать не может. Но оно и понятно – летит она впервые. Собственно, как и я…

Страшно мне? Безумно! Но не могу же я ребёнку об этом сказать!

Довожу дочку до кресла. Посматриваю на места. Непривычно. Я рассчитывала на эконом, но… Мы летим на частном самолёте Артура. Оказывается, у него такой есть. И он был только рад воспользоваться им. Говорит, в последний раз летал полгода назад, и теперь эта железяка стоит без дела.

Откуда он у него, спрашивать не стала. И сколько он стоит – тоже.

Но Беркутов себе позволить может.

Я помню его роскошный особняк, в котором мы раньше жили.

Только вот, приехав из Германии, он предпочёл скромную, но стильную квартиру.

– Вот это да, – восхищается позади меня бабушка. – Мила, ты обувь отряхнула?

Ой, я совсем забыла, что веду Славу до кресла. А позади меня семейный паровозик следует по пятам.

– Бабуль… – стыдливо говорит сестрёнка.

Как так вышло, что с нами поехали мои родные?

А я и не поняла как.

Артур сказал, что пригласил их. Для меня это было удивительно. Почему-то думала, что он захочет побыть наедине, втроём. Но нет. Теперь мы едем отдыхать на море впятером.

Пардон. Вшестером. Шарик в переноске у бабушки – тоже член семьи.

И могу сказать – это лучшая поездка в моей жизни.

Невольно улыбаюсь, усаживаю малышку в кресло и сразу пристёгиваю ремнём. Она, вцепившись в него, сжимает до белых пальчиков и смотрит в окно.

– Страшно? – улыбаюсь, присаживаясь рядом. Ставлю сумку на столик.

Как бы успокоить её, если у самой сердце бьётся как ненормальное?

Нельзя показать, что мне страшно!

– Трусихи, – смеётся Мила на местах, параллельных нашим. Она выбирает место с краю, напротив бабушки. Хлопает рядом с собой на свободное место. – Славка, пойдёшь ко мне? Я, в отличие от некоторых, не в первый раз летаю.

Смотрит ехидно. Подкалывает.

– Пойду, – скромненько кивает мышонок.

Отстёгиваю её. Мелкая подпрыгивает с кресла и бежит к Миле. Садится рядом с ней, у окна. И начинает спрашивать, что будет, когда мы поднимемся в воздух.

Со спокойной душой оставляю Славу на сестру и бабушку. Сама падаю в кресло, посматривая в иллюминатор. Темно…

Мы решили вылетать вечером, чтобы ночью спокойно поспать, а с утра уже пойти на море, поплескаться в тёплой воде, пока солнце не так палит.

И вместо того, чтобы волноваться – я устало зеваю.

Кто-то садится рядом. По знакомым ноткам одеколона даже гадать не надо.

– Поспи, на тебе лица нет, – звучит заботливо с его стороны. – Там есть кровать.

Да, я видела. Но страшно спать в таком месте.

– Нам долго лететь? – поворачиваюсь к нему и снова зеваю, прикрывая рот ладошкой.

Он прав.