– Ну, я хотел сказать, что ты девушка-ураган.

– О, – выдохнула Дарлин, и ее глаза потухли. – Я словно шквалистый ветер, разрушающий все на своем пути?

– Нет, вовсе нет. – Я потер шею. – Я не сказал этого тогда, решив, что ты воспримешь мои слова за оскорбление. Даже сейчас это прозвучало обидно. Но на самом деле…

Свет в ее глазах разгорелся с новой силой, и она подошла ближе ко мне.

– Да. Я имел в виду, что ты клубящийся комок энергии, который затягивает людей так, что они… не могут не поддаться тебе.

– Ох, – прошептала она. – Они не могут?

Я склонился над ней, прислонившись плечом к дверному косяку: она была совсем рядом, ее дыхание обжигало мой подбородок, и глаза наполнились светом и жизнью.

Я выпрямился и растерянно улыбнулся.

– Спасибо за заботу об Оливии, Дарлин.

Ее улыбка ослепила меня, а слова, на первый взгляд безобидные, ударили прямо в грудь, пронзив до глубины души.

– Спасибо, Сойер, за прекрасный комплимент.

Я вернулась в свою маленькую студию с улыбкой на лице, от которой побаливали щеки, и теплом в груди, которое никак не желало исчезать. В сообщении Макс писал, что хочет поужинать где-нибудь перед сегодняшним собранием АН, поэтому я сразу же пошла в душ, а после нанесла макияж.

Щеки покраснели и без румян, а голубые глаза стали ярче, чем обычно.

Я направила щеточку для туши на свое отражение.

– Прекрати. Ты прекрасно справляешься со своей задачей. Не испорти все.

Но образ Сойера Хааса, который казался потрясающе красивым в своем деловом костюме, не шел ни в какое сравнение с его восхитительным видом в сексуальной домашней одежде. А его комплимент, словно песня, засевшая в голове, звучал снова и снова, и мне не хотелось, чтобы она прекращалась.

«Будет все сложнее справляться со своими делами», – подумала я про себя, нанося любимые дымчатые тени на веки. Мое влечение к Сойеру уже стало достаточно серьезной проблемой, а тут еще и его славная дочь. Наблюдать за ее улыбкой, слышать, как она лепечет, строит башни из кубиков или даже ест свой «сыл» – словно маленькая радость, приятный подарок, о котором ты даже не подозреваешь, пока не получишь.

Улыбка в отражении зеркала исчезла.

– Я работаю над собой.

В голове проскользнула крошечная мысль, что, возможно, здесь, в Сан-Франциско, у меня есть шанс на счастье с Сойером и Оливией, но я быстро отодвинула ее на задворки сознания.

И схватила старенький серый свитер, направившись к выходу.

Закусочная «У Мел» на бульваре Гири представляла собой бургерную в стиле пятидесятых годов, которая поражала своим классическим красно-белым интерьером, хромированными деталями и постерами фильма «Американские граффити» на каждой стене. В воздухе витал аромат картофеля фри и молочных коктейлей.