В воскресенье ночью, направляясь к нему домой, она была не той в форме, чтобы оценить гладкость и экономность движений, которыми он обращался с автомобилем. Она подумала, что хорошее вождение очень возбуждает. Игра мускул на его предплечьях, не скрытых короткими рукавами надетой им рубашки-поло, была невероятно сексуальной. Должно быть, он регулярно работал над ними, чтобы держать их в такой форме.

Они перестроились на среднюю полосу. По правой полосе ехал автомобиль с громким двигателем, и она увидела, как Данте глянул в зеркало заднего вида.

— Идиоты, — пробормотал он, гладко перестраиваясь на левую полосу.

Лорна повернула голову, чтобы посмотреть, о чем он говорил. К ним быстро приближался побитый белый «додж», изрыгающий из выхлопной трубы серый дым. Она могла разглядеть в нем несколько человек. Что подсказало Данте отодвинуться и дать им больше пространства, так это синий «нисан», висящий прямо на бампере «доджа».

— Это ждущий своего времени несчастный случай, — сказала она, когда синий «нисан» перестроился в пространство на средней полосе, которое они только что освободили, и вырвался вперед, пока не сравнялся с «доджем».

«Нисан» подсек «додж», водитель которого ударил по тормозам, заставив их визжать и дымить шинами. Двигатель «нисана» взревел, поскольку автомобиль нагнал даже машину с Данте и Лорной. Внутри она смогла разглядеть четырех или пять латиносов, смеявшихся и указывающих назад на «додж».

Движение на автомагистрали было, как обычно, довольно сложным, но не настолько, чтобы не позволить водителю белого «доджа» быстро нагнать их.

— Гангстеры, — отрывисто сказал Данте, притормаживая, чтобы позволить катящемуся бедствию обогнать его.

Он не мог ехать быстрее, потому что перед ним был автомобиль; который он не мог объехать, так как справа от них двигался синий «нисан», окружая его. Никто в «нисане», казалось, не обращал на них внимания; все они наблюдали за «доджем». Неожиданно водитель «нисана» отпустил педаль газа, как будто желал, чтобы его нагнал «додж».

— Дерьмо! — Данте, насколько мог, отклонился налево, пока «додж» тягался с «нисаном». Лорна увидела пятно, когда левый задний пассажир «доджа» опустил окно и выставил оружие; затем правая рука Данте обхватила ее за плечи и с силой дернула вперед и вниз, когда окно с ее стороны разлетелось на тысячи осколков.

Прозвучало несколько глубоких выстрелов, вперемешку с более легкими быстрыми трескающими звуками, а затем она почувствовала душераздирающий толчок, поскольку Данте повернул руль и послал машину в дорожный барьер.

Данте каким-то образом удалось освободить ее плечо от лямки ремня безопасности, но от рывка затянулся поясной ремень.