— И ты почувствовала то же самое в автомобиле?

— В точности то же самое. За исключением секса. Чем дальше мы удалялись от дома, тем большее беспокойство я ощущала, как будто была совершенно беззащитной и уязвимой. А затем стало очень холодно.

— Ты определенно собирала внешнюю отрицательную энергию, вероятно, от окружающего нас движения. Никогда не знаешь, кто находится в соседнем автомобиле. Там может быть кто-то, с кем не захочешь встретиться даже днем на переполненной улице. Но вот что действительно меня удивляет, это почему ты чувствовала то же самое в моем офисе.

— Он тряхнул головой. — Если только ты не предчувствовала огонь, который собирался сжечь дотла казино, что вполне вероятно, если у тебя есть немного способности предвидения.

— Думаю, это возможно, но только если вещи касаются чисел. — Она рассказала ему о номерах рейсов одиннадцатого сентября и том, что у нее не было никаких видений врезающихся самолетов и горящих зданий, только самостоятельно всплывающие в подсознании номера рейсов. — То, что я почувствовала перед пожаром, было другим. Наверное, это потому что у меня…

Она остановилась и впилась в него взглядом.

Он поднял брови.

— Есть пунктик насчет огня. — Он ждал, и, наконец, она раздраженно произнесла. — Я боюсь его, понятно?

— Любой нормальный человек осторожен с огнем. Я осторожен с ним.

— Это не осторожность. Я боюсь его. Панически. У меня бывают ночные кошмары, как будто я поймана в ловушку в горящем здании. — Она подумала, что он мог быть осторожен с огнем, но все же пламя возбуждало его. Он мог бы стать превосходным пироманьяком. Стоя в горящем казино, она чувствовала его зачарованность и понимание огня, ощущала его возбуждение, потому что он выражал его очень физически.

— Наверное, именно поэтому я тогда так запаниковала и встревожилась. Но почему я почувствовала это сегодня? Если только ты не собираешься в следующий час затащить меня в другое горящее здание. И если ты сейчас скажешь, что так оно и есть, я тебя убью.

Он рассмеялся, собирая остатки их еды и складывая на пластмассовый поднос. Она скользнула со стула и пошла перед ним, выходя из ресторана.

Возвращение на шоссе потребовало не более минуты.

Данте искоса взглянул на нее.

— Хорошо себя чувствуешь?

— Прекрасно. Не знаю почему, но это прошло.

Она действительно прекрасно себя чувствовала. Она ехала в «ягуаре» с самым необычным человеком, которого когда-либо встречала, и размышляла над тем, чтобы лечь с ним в постель. Она смотрела на него, думая, как он должен выглядеть одетым в одни только боксеры, и ощущала приятную теплоту предвкушения.

Ей нравилось наблюдать, как он ведет машину.