Так… куплю конфет, чай попьем, — у нас и правда, не особо веселые праздники, на большое количество народа угощений не напасешься.

— Тогда тем более приходи, — говорит Стелла, — До города можно на автобусе доехать, а обратно подкинет кто-нибудь. Можешь взять с собой своего друга, который Гофману лицо начистил, чтобы было не скучно.

— Да мне как-то неудобно… Стой, а откуда ты его знаешь? — кошусь на блондинку подозрительно.

— Стрельнул у меня сигарету у забора…

— Приходи, Чумакова, отметишь день рождения за чужой счет, — Стелла улыбается.

— Посмотрим, — я тоже улыбаюсь.

Мой восемнадцатый день рождения наступил ровно так же, как и предыдущие. Девчонки разбудили меня песней, я сидела на кровати с закрытыми глазами и покачивалась в такт их писклявым голосам. Все утро меня поздравляли и в нашу комнату постоянно кто-нибудь заходил. Скворец даже припер подарок, немного пошарканный, явно краденный смартфон. За завтраком воспитатели произнесли небольшую речь, я раздала конфеты и день стал совершенно обычным. Никаких вечеринок у нас с роду не было, разве что на Новый год. Я все думала над словами Стеллы, можно же завалиться на чужой праздник и представить, что это мой. Что все эти люди пришли, чтобы поздравить меня, а закуски, вино, угощения и музыка тоже в мою честь. В шутку сказала об этом Скворцу и он сразу согласился, сказал: «Конечно, давай, Чума! Что дома киснуть? Покутим за счет мажоров!» Я немного удивилась такой реакции, но все таки пошла собираться, на всякий случай я взяла с собой красное платье. У девчонок тоже нашлась кое-какая косметика, не такая крутая, как у Стеллы, но совместными усилиями, мы опять сделали из меня милашку. У Скворца небось отпадет челюсть.

— Ну как тебе? — я осторожно кручусь перед Дэном, демонстрируя макияж и платье, и смущенно на него смотрю.

— Отлично, Чума! Погнали, ты так долго собиралась, что еще чуть-чуть и на автобус опоздаем.

И все? У Гофмана было побольше энтузиазма, да чтоб его! Опять вспомнился! Что это вообще Скворец так быстро чешет, еле успеваю за ним! Бегу по снегу, проваливаясь и готова материться. Никакого уважения к имениннице! На автобус мы успеваем, залезаем на заднее сиденье и принимаемся комментировать пассажиров, совсем как в детстве. Кажется это было только вчера, но теперь мы совсем другие, взрослые и немного чужие.

Катькин дом находим не сразу, приходится блуждать среди одинаковых двухэтажных коттеджей. Уверена, у меня уже испорчены и макияж и прическа, от чего я злюсь. И с каких пор меня вообще волнуют такие вещи? Наконец, выруливаем к нужному домику и сразу попадаем в какой-то дурдом. Внутри целая куча народа, большую часть которой я вообще не видела никогда в жизни, громко долбит музыка и гудит бас.