Нет, это не была проституция в традиционном понимании этого слова. Скорее весь этот бизнес напоминал матрешку. Самая верхняя- внешний фасад- «шоу», кабаре, Мулен-руж с танцами и перьями- ведь наши славянские девочки любят и могут танцевать. У нас у всех если не балет, так гимнастика, у каждой с раннего детства… Кого из нас мама ни таскала на кружки, чтобы «вылепить» очередную Пл*сецкую или Вол*чкову в годы ее адекватности… Вот только внутри этой пухлой глянцевой матрешки были и другие, поменьше, запрятанные от взгляда стороннего наблюдателя- так называемая «консумация»— когда красивая девочка садилась за столик выбравшего ее «кастика» и развлекала разговорами и флиртом, а он платил за это времяпрепровождение. «Секс за деньги»— не то, чтобы насильно… Насильно бывало только в самых поганых гадюшниках из «найтклабов», куда ехали либо дуры, либо отмороженные на всю голову. Потому что в большей или меньшей степени информация об этих самых «найтклабах» была на особых платформах- специальных группах в соцсетях, где выезжающие девчонки общались между собой. Была и еще одна матрешка… Очень маленькая- и редко являющая миру свой лик, доходили до нее редко. Я называла её «пресловутый хэппи энд» с искренней любовью и «долго и счастливо». Здесь можно было собрать истории в стиле «Золушки», когда прекрасный принц вытягивал полюбившуюся красавицу из лап зла и забирал в жены в свой красивый замок. Впрочем, как и в случае с бесславным концом Маты Хари, история замалчивала о том, что «долго и счастливо» чаще всего заканчивалось скорым разводом и длящимися годами разборками за ребенка, по умолчанию считающимся гражданином Ливана.

Конечно, такие, как я, смотрели на таких, как Светка и ее товарки, с изрядной долей пренебрежения, но сейчас я засунула свое пренебрежение далеко и глубоко. Натянула на лицо самую искреннюю из своих фальшивых улыбок и влилась в разговор.

— Я туристка… Ехала с горнолыжного курорта. Таксиста убили, меня ударили прикладом по голове и сюда… Что это за место? Где мы и кто они такие, наши пленители?

[1] Описание положения дел в Ливане во многом не является вымыслом. Это реальная картина, существовавшая в стране в период с 1975–1990 гг. В книге описана альтернативная история, взят другой временной интервал, но для общей канвы повествования мне как автору захотелось отразить именно этот дух, послуживший для меня источником вдохновения.

[2] Здесь и далее содержится реальная информация об организации этой стороны жизни в стране. Информация получена от реально работающих в этой сфере девушек.

Девочки тут же глянули на меня опасливо и разом цыкнули, намекая то ли на то, чтобы я говорила тише, то ли и вовсе заткнулась.

— Мда, отчаянная.