Если сейчас Тюменцев спросит, что за Егор, Матвей юлить не станет.

Плевать. Спросит или не спросит – плевать. На прошлой неделе Юля видела его в баре с какой-то брюнеткой. Эта новость стоила мне ночи слез.

Он монахом не живет, и я не стану.

Останавливаюсь между лестничными пролетами и даю себе возможность прийти в себя. Восстанавливаю дыхание и выхожу на улицу.

Зверь догоняет меня возле подъезда. Опять с какой-то вкусняшкой. Он никогда не приходит с пустыми руками.

Заходим в подъезд и идем к лифту.

- У меня день рождения на следующей неделе, - говорю через плечо.

- Приходи, я в кафе отмечать буду.

- Пришел бы и без приглашения.

Заходим в лифт, я забираю из его рук коробочку с пирожными. Фисташковые чизкейки, их делают только в одной кондитерской.

- Спасибо, - благодарю за угощение.

- Всегда пожалуйста, - бурчит под нос.

Заходим в квартиру, пока он разувается и моет руки, я завариваю зеленый чай. Пришлось купить специально для него, потому что он пьет только такой.

- Где пропадал неделю? – интересуюсь, сама не зная зачем.

Впервые стало интересно, почему не звонит и не пишет, а затем объявляется, как ни в чем ни бывало.

Исчерпывающий ответ. Ладно, больше не спрошу. Достаю две чашки, в одну наливаю зеленый чай, в другую – кофе.

- Скучала? – раздается совсем рядом, следом на стол с двух сторон от меня опускаются его руки. Обе в татуировках, на левой – массивные спортивные часы.

- Нет. С чего? Ты мне никто.

- Верно. Вот если бы ты была моей девушкой, другое дело.

- Сядь на стул, иначе ошпарю, - проговариваю строго и, взяв в руки чашки, начинаю разворачиваться.

Зверь послушно отходит и опускается на стул. Я ставлю перед ним чай и достаю из холодильника сыр и ветчину, чтобы сделать ему бутерброд.

Не ест он сладкое. Да и делится вкусняшкой жалко.

- Нафиг мне такие отношения не сдались, Егорушка, - проговариваю, кромсая хлеб.

- Спасибо, сыта по горло, - продолжаю рассуждать.

- Ты меня сейчас с Деном сравниваешь, что ли?

- Все вы одинаковые, - встреча с Тюменцевым выбила меня из колеи, но сорваться хочется почему-то на Егоре.

Ответа нет. Спину и поясницу жгет как паяльной лампой.

Делаю два бутера и, положив их на тарелку, сажусь напротив Зверя. Он смотрит на меня исподлобья.

- Хочешь, покажу, каким я буду в отношениях?

Пытаясь скрыть смятение, наигранно фыркаю, а в голове проносится шальная мысль. Что будет, если я соглашусь?

- Ты мне не подходишь.

Откусываю пирожное, что тает во рту. Неопределенно веду плечами.

- Ты для меня слишком независим. Мне такое не подходит.

Зверев довольно улыбается. Смотрит на меня многозначительно и откусывает сразу половину бутерброда.

- Хочешь загнать меня под каблук? – спрашивает набитым ртом.

Улыбка его становится еще шире. Да он просто светится от счастья.