Как правило, в подобных ситуациях все действуют на адреналине и эмоциях, и мало кто обращает внимание на детали. Вы всё помните?

— Да, подходим к дому, выманиваю Олега на улицу, вы берёте его на мушку, когда это произойдет, сообщите мне по наушнику, и я разворачиваюсь и бегу.

— Хорошо. Думаю, мы можем начинать.

Я кивнула, и уже собиралась идти, когда меня окликнули. Дмитрий Романович стоял рядом с машиной, и звук явно шел от него. Он был бледный, и его выражение лица было максимально сосредоточенным.

— Ника, пообещай мне быть осторожной — он захватил меня в свои объятия, и крепко прижал к себе. В какой-то момент я попыталась понять, это его мелко потряхивает или меня.

— Я постараюсь — подняла я голову к нему, и посмотрела в глаза. — У меня тоже будет просьба — наконец решилась я.

— Если что-то случится, позаботьтесь, пожалуйста, о Маше. Хотя бы объясните ей как-нибудь мягко, как всё произошло, и передайте, что мама её очень любит.

— Не говори так. Всё будет хорошо — моё тело сжали так, что казалось ещё немного, и кости могут не выдержать.

— Я очень хочу в это верить, но просто страхуюсь.

— Ты вернёшься, сама скажешь Маше, о том, как её любишь. Я не буду переживать это вновь.

— Что переживать вновь? — нахмурилась я.

— Смерть дорогих для меня и любимых людей. — Я замерла, осознавая смысл его слов, и ровно в этот момент меня позвали, сказав, что у нас больше нет времени.

Кое-как оторвавшись от своего босса, я пошла в том направлении, куда мне указали, в сопровождении своей загримированной «дочери».

Дом, который был нам нужен, представлял собой примерно то же самое, куда Олег привозил меня. Откуда только у него были адреса этих мест, и откуда он вообще о них узнавал — оставалось для меня загадкой.

Я, как меня учили, громко позвала его по имени, находясь на расстоянии нескольких метров от входа в дом, и начала ждать.

Сердце колотилось в груди как бешеное, я была совсем не из тех, кто любил подобные игры и приключения.

Но началось всё именно так, как мы и предполагали. Олег на мой крик вышел из дома. Один, оставив Свету внутри. Его кривая ухмылка говорила о том, что он ни о чём не подозревал, считая, что он победил. Но я очень надеялась стереть эту улыбку в ближайшее время, когда до него дойдёт, что это не победа, а ловушка.

— Я пришла, теперь отпусти Свету.

— Ну что же ты так далеко? Неужели, боишься меня? Идите сюда — Олег махал рукой, призывая подойти к нему.

Ненастоящая Маша стояла, будто бы прячась за мной, на самом деле стараясь сделать так, чтобы Олег не рассекретил, что вместе со мной не моя дочь.

— Сначала отпусти Свету — не сдавалась я.

— Машенька, не бойся. У меня в доме для тебя подарки. — Перешёл на какой-то незнакомый мне тембр Олег, обращаясь к, как он думал, своей дочери.