Разобрать, о чем, я не могу, голова все-таки немного кружится, и мне приходится отдать все свои силы на то, чтобы не упасть с диванчика.

– Можешь попрощаться с правами, – единственная фраза, которую я четко слышу. Ее произносит Андрей. – Еся…

Он идет ко мне, даже вытягивает руку, чтобы коснуться плеча, но я подаюсь назад. Не хочу, чтобы он меня трогал.

– Как ты вообще оказалась на том перекрестке?

– Тоже решила навестить старого друга, – вздыхаю, – тебе же можно.

Андрей шумно выдыхает и садится рядом. Нагло сжимает в ладони мою руку, стараясь заглянуть в глаза.

– Я понятия не имею, что ты видела, но могу объяснить абсолютно все.

– Я и не сомневалась.

– Ты с ней обнимался.

– Нет, то есть да. Но нет.

– Ты нормальный вообще? – снова вздыхаю. От его оправданий становится смешно.

– Ты все не так поняла.

Я злюсь. Раздражение, что копилось во мне весь этот вечер, готово выплеснуться с минуты на минуту.

– Домой я тебя хотя бы могу отвезти? Я твоей маме обещал, что верну тебя…

Резко поднимаюсь с диванчика и еле успеваю ухватиться за мягкую спинку. В этот же момент чувствую на себе его руки. Хочу взбрыкнуть, вывернуться, но, кажется, мои батарейки сели.

– Ладно, – сквозь зубы, – я не откажусь, если ты мне поможешь…

Вручаю Панкратову свои туфли с отломанным каблуком и, придерживаясь за его предплечье, иду к машине.

В салоне прохладно, возможно, хоть так мои пылающие щеки придут в норму?! Андрей, к счастью, не включает музыку, да и вообще ведет себя максимально тихо.

Вижу на сиденье бутылку воды и, закинув в рот еще одну таблетку, что выписал врач, запиваю ее минералкой.

Замечаю на себе взгляд Андрея и довольно резковато приподымаю бровь в немом «Что?».

Он вырывает блистер из моих рук, хмурится.

– Может быть, вернешь? – протягиваю ладонь.

– Эти таблетки жрут при сотрясении.

– Ты откуда знаешь? Нет у меня никакого…

Врач! Врач мне ясно сказал, что сотрясения нет и мое состояние – последствие шоке. Что тошнота – это нормально, даже бумажку сунул, где почти в лоб написано – я здорова. Только вот лекарства назначил…

– Мне такие назначали, – он возвращает мне блистер, чуть дольше задерживая свои пальцы на моей коже.

Я чувствую легкие покалывания от его прикосновений. Волна жалости к себе, к нашим отношениям, которые теперь в прошлом, снова накрывает меня с головой. Хочется всхлипнуть, но я лишь плотнее сжимаю губы. Выглядеть слабой – это так унизительно. Но я разбита. Этот вечер раскрошил меня в пыль.

Андрей подается вперед. Его лицо в паре сантиметров от моего. Я ощущаю его дыхание. Еще немного – и наши губы соприкоснутся. Перед глазами проскальзывает вереница моментов, где нам было хорошо. Где я почти поверила, что он тоже влюблен.

Меня колотит. Я не хочу выглядеть еще более жалкой, поэтому отстраняюсь.