Тем более я уже большая девочка, мне через два месяца двадцать пять исполнится, вряд ли найдется хоть один человек, который сможет заставить меня что-то делать или указывать, как жить.

Николас странно ухмыльнулся, обменявшись взглядами с Коннором, а Изабель рассмеялась:

– Ты права, Милана, че-ло-век не сможет. Но в жизни все невероятным образом и неожиданно меняется, что иногда стоит задуматься: а так ли незыблемы наши утверждения?

Я недоуменно уставилась на нее, не понимая, о чем меня сейчас пытаются предупредить. И вообще, разговор начал раздражать. Такое ощущение, что я подопытный объект, простушка для умудренных аристократов. Поэтому, отвернувшись к океану, решила спокойно пообедать, а потом прекратить «неподобающее» знакомство. Неожиданно в разговор вступил Коннор:

– Милана, скажите, кто глава вашего клана?

Я повернулась и немного раздраженно ответила:

– Я не понимаю вас, господа. Я говорила Изабель, что в России нет кланов. Более того, и вам сказала, что моя семья погибла три года назад. Клана у меня нет! Мне непонятен столь пристальный интерес к моей персоне и к моей семье. Извините, но мне неприятен этот разговор, я потеряла аппетит.

Я резко встала, намереваясь уйти. Они тоже встали все втроем. Судя по лицам, дошло, что перегнули палку. Извиняться за Макгрантов выпало Изабель:

– Я прошу прощения, Милана, за себя и за своих мужчин. Мы не хотели расстраивать тебя. Потом ты поймешь причину нашего поведения и недоверия. Мы бы с удовольствием продолжили общение, а если тебе не понравятся какие-то наши вопросы или поступки, ты нас осаживай, никаких обид. – Она взяла меня за руку и говорила тихо, с виноватыми нотками в голосе: – Просто мы привыкли к другому поведению и немного отвыкли от людей. Поэтому шокируем их своей настойчивостью и дотошностью.

Николас, забрав мою руку у Изабель, снова поцеловал внутреннюю часть запястья, отчего по коже побежали довольные мурашки, напомнив, что две недели назад я стала физически взрослой и гормоны мои уже проснулись. Я заглянула в его глаза, самые зеленые, которые когда-либо видела, и самые чарующие, потому что в этой зелени утонула.

Наклонившись к моему уху, Николас прошептал, обдав горячим дыханием и вызвав целую волну мурашек по всему телу:

– Малышка, если ты дашь мне шанс, то у тебя появится мужчина, который о тебе будет заботиться. Всю жизнь!

Я едва не впала в ступор, но быстро взяла себя в руки и попыталась отшутиться:

– Николас, предложение из уст такого симпатичного мужчины звучит слишком заманчиво – а вдруг кто-нибудь возьмет, да и согласится, причем сразу, не раздумывая. Придет конец вашей холостяцкой жизни.