Однако, его величество плохо знал нежных леди, рожденных в приграничных землях и с рождения привыкших смотреть в лицо опасности.

Леди Белинда не моргнув глазом заявила, что оправдываться ей не в чем и она чихать хотела на все обвинения, которые ей предъявляют.

А если кому-то это не нравится, то она может со всеми попрощаться и вернуться к себе на родину, так как сюда ее привезли, не спросив согласия. Тем самым нарушив ее права и совершив насилие над личностью.

Оторопев от такого решительного отпора и непочтительности, его величество хмуро продолжил:

— Леди Белинда, пока вас никто ни в чем не обвиняет. Но согласитесь, это выглядит странно — все ваши подруги присутствовали не ужине и были отравлены. А вы, якобы, не были голодны и не явились на злополучную трапезу.

Белинда подумала и решила, что стоит выбрать самый действенный способ защиты, поэтому продолжила нападение.

— Я не единственная из леди, кто не пострадал, ваше величество. Остальных тоже допрашивают, или для меня сделали исключение? Тогда я требую объяснить, в чем конкретно меня подозревают и на каком основании мне предъявляют какие-то немыслимые обвинения.

Король помолчал: на деле, он не верил всерьез, что Белинда имеет какое-то отношение к покушению. Но ее упорное нежелание оправдаться и предъявить хоть какие-то доказательства невиновности настораживали. Девчонка явно что-то скрывала, а этого допускать не следовало.

В то же время, королю импонировало ее бесстрашие и смелость, с которой эта юная девушка смотрела ему в глаза. Поэтому король изменил тон и перешел к отеческой мягкости:

— Что вы делали перед ужином, Белинда?

— Я действительно не хотела есть — незадолго до ужина я пила чай с пирожными.

— Вы пили чай в одиночестве? — король подпустил в свой тон еще больше доброжелательности.

— С кем же вы наслаждались чаепитием?

— Ваше величество, что заставляет вас думать, что я наслаждалась чаепитием? — хмыкнула Белинда, разгадав «хитрый» королевский ход. Дома Белли учили не только держать в руках оружие, но и правильно вести допрос пленных — будь то люди, драконы или оборотни. Метод халвы и палки был самым первым из освоенных ею.

— Леди Белинда, я прикажу посадить вас в темницу! — рыкнул король, все еще не теряющий надежды получить информацию мирным путем.

— Тогда не будете ли вы любезны, ваше величество, сообщить мне обвинение, по которому вы собираетесь упечь меня в темницу без всяких на то оснований? — равнодушно парировала Белинда.

— Мне не нужны никакие основания, чтобы сделать это.

— Тогда, ваше величество, это будет называться произволом, а пахнуть это будет самодурством. — еще равнодушнее высказалась девушка.