Ты не несешь ответственности ни за меня, ни за моих детей.

– Ты ничего не требуешь. Я сам прошу об этом. – Он склонился над ней и нежно поцеловал ее в лоб. И этот поцелуй потряс ее до глубины души. – Ты слышишь меня? Я никогда не делаю того, чего не хочу. Малышка, я здесь, рядом с тобой. Я был тут на прошлой неделе и буду на следующей. Ты значишь для меня слишком много, чтобы я отказался от тебя из-за одного недоразумения.

– И я не собираюсь занимать место Дэвида. Он всегда будет частью твоей жизни и жизни твоих детей. София, но ты не умерла вместе с ним. И глубоко в душе я верю, что он не хотел бы, чтобы ты растила этих чудесных малышей в одиночку.

– Это был удар ниже пояса, – сквозь слезы ответила София.

Эрик притянул ее к себе, и ей показалось, что с ее груди сняли какой-то железный обруч, и она смогла свободно вздохнуть впервые за последние несколько дней.

– Тогда перестань вынуждать меня вести грязную борьбу и смирись с тем, что я никуда не уйду. – Он погладил ее по волосам, и она буквально растаяла в его объятиях. – Я так сильно скучал по тебе, – прошептал он, касаясь губами ее волос. – Ты не появлялась на работе целую неделю.

– Мне нужно было время, чтобы прийти в себя. Столько всего случилось…

– А я еще больше все усложнил. Мне следовало немного подождать со своими идеями насчет того, чтобы жить вместе, а я вывалил все на тебя. И ты…

– А я чувствовала себя ужасно виноватой, – слабо улыбнулась София. – До сих пор чувствую.

– Но в чем ты обвиняешь себя?

– Меня не было рядом с детьми, когда они заболели. Я была… с тобой.

– Но за ними приглядывали твои родители. Ты ведь не бросила их одних.

– Эрик, я люблю тебя. Но я должна ставить их на первое место.

– Ты что, собралась принести себя в жертву?

– Нет, конечно, – не совсем уверенно ответила София. – Но они нуждаются во мне. Эрик, они всего лишь дети. Я все, что у них есть.

– Так, садись в машину, – не выдержал Эрик.

– Мне нужно рассказать тебе кое-что, и я бы предпочел, чтобы нас никто не услышал.

София послушно села в машину. Эрик последовал за ней и с силой захлопнул дверцу. Какое-то время они сидели в тишине, а потом он нажал кнопку и отдал команду водителю.

Машина тут же тронулась с места.

– Моя невеста была на третьем месяце беременности, когда бросила меня, – выпалил он. – И отцом ребенка был другой человек. Мы не занимались сексом полгода, потому что она сказала, что так наша первая брачная ночь будет более «особенной». И знаешь что? Я не пытался вернуть ее. Я позволил ей уйти.

– А ребенок… – София ахнула и прижала ладонь к губам.

– Тест на отцовство подтвердил, что ребенок не мой. И знаешь, что самое забавное? Я совсем не скучаю по Пруденс. Мне не нужен ни секс с ней, ни молчание, которое вечно царило между нами, ни она сама.