— Да, я! — гордо выпятил грудь колесом писатель, мимолётно отмечая, что его фиалковый костюм и мантия в порядке. — Тот самый единственный и непревзойденный Гилдерой Локхарт!

— Боже мой! — пожирал писателя «влюбленным» взором «почитатель». — Мистер Локхарт, я ваш большой фанат! Я считаю, что вы гениальный писатель и великий волшебник. Как я рад! Боже, как я рад! Прошу простить за невнимательность. Как я мог? Вы целы? Не пострадали?

— Нет-нет, что ты, — купался в лучах славы Гилдерой, ловя от этого кайф. Он обожал почитание поклонников. Редко находится столь восторженный фанат его «подвигов».

— Мистер Локхарт, вы же в «Дырявый котёл»?

— Да, — засияла белым улыбка писателя. — Ты хочешь автограф?

— Я даже не смел надеяться, — заблеял «поклонник». — Сэр, вы же сам Гилдерой Локхарт! Я… Я хотел бы вас отблагодарить за то, что вы такой великолепный писатель! Простите, вы же принимаете пожертвования?

— Пожертвования?! — почуял запах прибыли Гилдерой. Деньги — это второе, что он обожал после славы. Презренных золотых кругляшей ему всегда было мало. — Конечно, милейший, — ещё шире засияла его улыбка. — Конечно же!

Дункан, а это был он, похлопал себя по карманам и его лицо скисло, отчего Локхарт занервничал, чуя, что деньги утекают у него из рук.

— Что такое, дорогой читатель?

— Простите, я деньги забыл. Есть лишь магловские бумажки. Эти, фунхты! — шмыгнув носом и едва не пустив слезу, грустно вздохнул Хоггарт. — Если бы только можно было их обменять на нормальные деньги…

— Так в чём же дело? — Локхарт, опасаясь, что спонсор исчезнет раньше, чем поделится с ним финансами, ухватил его за локоть и потащил в сторону «Дырявого котла». — Можно же обменять фунты на галлеоны в «Гринготтс»! Не будем терять времени…

Дункан даже не смел надеяться на такую удачу.

Изначально в плане было самому держаться за колдуна, затмив ему разум лёгкими деньгами. Колдуны не лишены человеческих страстей, в том числе жажды лёгкой наживы, на которую мошенники ежегодно ловят тысячи людей по всему миру. Он даже не успел достать из кармана толстую пачку «магловских бумажек», как волшебник сам вцепился в него клещом и потащил за собой как на буксире. Вижу цель — не вижу препятствий.

Так они зашли паб, вывеску которого Дункан впервые сумел разглядеть.

На ней был изображен дырявый котел. В темпе они преодолели древний антуражный паб, освещаемый газовыми рожками, и вышли на задний двор к помойке. Локхарт палочкой прикоснулся к определённым кирпичам на стене, после чего кирпичи разъехались в стороны.

Хоггарт старался не пялиться по сторонам на старинные покосившиеся каменные дома с различным оформлением и вывесками. Но периферическим зрением он отмечал каждую деталь и старался запомнить всё как можно лучше.