Да сколько угодно! Нарваться где-нибудь в подворотне на группу ниггеров — вполне могли и порезать, и пристрелить; просто за то что белый, за то что в чистое одет; за то что за Нью-Йорк Лайкерз, а не за Вашингтонских Ястребов, за то что «чё в этом районе делаешь??», за то что один, а их много; за то, что на кокс не хватает; да просто новый краденый ствол опробовать… Вспомнил — представил: тьфу! Как говорится, ненавижу две вещи: расизм и негров! Да, в Штатах ситуация тоже накаляется, могли и пристрелить «за просто так», а здесь только в нос дали чтоб не расслаблялся; пока что Родина ведёт, один-ноль, хы, посмотрим что дальше будет… Впрочем, где-нибудь в Кеннеди вооружённый коп не стал бы отворачиваться, типа «он ничего не видел», не дошли они ещё до такой степени национального позора, там коп — это коп, а не придаток к кокарде, пока во-всяком случае, надолго ли… Интересно, если бы уработал тогда я этого южанина, там, в аэропорту — чем бы это кончилось?.. Чё-то даже непонятно. Неясно с обстановкой в Мувске, совсем пока не ясно — и рассказать-то некому, придётся самому — методом тыка, ага. Так, ну с переносицей покончено, не забыть на ночь смыть, а то увазюкаю подушку; кстати, где я спать буду? А, да, я ж дома; у себя и буду, надо же, отвык. Не мешало бы пожрать чего, что там у меня было — сникерс?

С этими мыслями он прошёл опять в кухню, порылся в шкафчиках — ага, чай есть… Сахар… остатки. Крупа какая-то… ну, это я не буду. Надо будет купить чего, интересно, магазин в посёлке работает, или придётся в город ехать? И берут ли валюту, или придётся на рубли менять? Впрочем, валюту пока везде берут. У кого бы спросить? С соседями мы никогда не контачили, недаром отец такой забор по периметру отгрохал. Без особой надежды вновь покрутил краны — в них, против ожидания, зашумело и вскоре полилась чахлая струйка воды. Хорошо. Подставил банку набираться, — теперь жить можно. Пока, во всяком случае. О, вот ещё что нужно проверить!

Оставив банку под краном, торопливо вышел из кухни, пройдя биллиардную, «курительную» («О, а тут телепанель на месте…»), через коридор прошёл к железной двери, — внутренний проход в гараж. Открыл, шагнул, мельком подумал: да там же темно, придётся за свечами возвращаться, — но рука сама, автоматически, нащупала на стене выключатель — и свет, помигав, зажёгся. Оп-па, это как называлось? «Воду ДАЛИ, свет ДАЛИ» — так, что ли? что-то из далёкого детства вспомнилось, какие-то «советские», неуклюжие выражения, когда и свет, и воду могли «дать» или «не дать», о чём рассказывал отец; а не были они как данность, как непреложный спутник существования цивилизованного человека, как солнце и дождь — всегда.