Вставай, вставай. Егор, вот уж правда, не ожидала от тебя. Иди с глаз моих.

Нет, что у женщин, вернее, вот у этой конкретной женщины в голове? Я стою, как оплёванный, руки в стороны, мол какого хрена, но она на меня даже не смотрит. Дура. Он ей же будет мстить за это поражение. Потому что он самый настоящий козёл. Я их, козлов этих, насквозь вижу, повидал на своём веку. Но делать нечего, приходится удалиться.

По пути до гостиницы больше никаких приключений не случается. Я дохожу до метро, доезжаю до своего «Проспекта Маркса» и выбираюсь из-под земли наружу. Отправляю ребят на завтрак и прошу у Злобина бронь на три билета.

— Так, Егор, записывай телефон моего помощника, а то я как секретарша у тебя, то гостиница, то билет. Работать некогда уже. Всё, меня по этим вопросам не дёргай больше, а то сотру в твоей памяти свой номер телефона вместе с половиной головы. Понял меня?

— Так точно, товарищ полковник.

Я прилетаю домой и жизнь вдруг сбавляет темп. Внезапно. Неожиданно. Раз, и будто отрезало. И появляется время на тренировки и прогулки с Раджой, что, само по себе, очень хорошо, конечно, но слишком странно. Странно осознавать, что приключений больше нет. Неужели всё так хорошо отлажено, что больше не требует постоянного внимания? С другой стороны, разве не об этом мы мечтали?

Цвет сидит тихо, про сходку молчит, со мной не собачится. Изображает братскую любовь. Может, действительно возлюбил, как самого себя. Продаёт джинсу и алкоголь. Всем доволен. Некоторые вопросы, не требующие его прямого вмешательства, я решаю напрямую с Карпом и Михасем. Всё идёт, всё получается.

От Тумана тоже ничего не слышно, никаких новостей. Я работаю и исправно предоставляю Снежинскому командировочные удостоверения и проездные документы. Регулярно мотаюсь к Наташке в Новосиб и в Москву. Там идёт строительство жемчужины моей игровой короны. К седьмому ноября мы должны открыться. Кощунственно, конечно, вроде как вот оно одно из важных достижений ноября, но и забавно тоже. Здорового цинизма ещё никто не отменял.

Миша Бакс получает пинок под зад от Цвета и попадает в мои крепкие объятия. Происходит это без согласования со мной. Изначально Бакса привёл Цвет, конечно, но принимая такие важные решения должен был посоветоваться со мной. С одной стороны, непорядок, а с другой, мне только этого и надо.

Цвет злится, что Бакс вечно чем-то недоволен и постоянно хочет чего-то ещё. Это понятно, у него в голове сидит представление об идеальном казино, а у Цвета в голове сидит мысль о сокращении расходов. Бабки, честно говоря, текут если и не полноводной рекой, то хорошим непересыхающим ручьём. И это всем даёт радость, все кормятся от этого и проявляют несомненные симптомы счастья.