Встречать в аэропорту ее должен Стивен Ловуд, сотрудник посольства США, официально — заместитель атташе по культуре, на самом деле офицер ЦРУ. Маша знала его в лицо, когда-то он преподавал в разведшколе. По легенде Ловуд был близким другом ее родителей, погибших в автокатастрофе. Макмерфи удачно это придумал.

Всегда надежней, когда в легенде есть определенная доля правды.

По радио объявили, что через несколько минут пассажирам будут предложены беспошлинные товары "Аэрошопа". Поскольку самолет все еще находится в зоне гранулентности, пассажиров просят вернуться на свои места и пристегнуться ремнями безопасности.

— Занято! — крикнула Маша.

Из потайного кармана сумочки она достала плотный маленький конверт. Внутри лежала тонкая стопка фотографий. На них были запечатлены семь мужских физиономий, совершенно разных. С бородой и с усами. Только с усами. С длинными волосами и гладко выбритым лицом. С трехдневной щетиной на щеках и под носом, но с обритым черепом. На самом деле это были вовсе не фотографии, а составленные на компьютере фотороботы одного и того же человека, который мог за четырнадцать лет не только изменить свою внешность, но и измениться естественным образом до неузнаваемости.

В дверь опять постучали.

— Одну минуту! — крикнула Маша.

— Девушка, с вами все в порядке? — громко спросила стюардесса.

— Тогда выйдите и вернитесь на свое место.

Маша принялась не спеша, внимательно рассматривать каждый портрет, затем мелко рвала и бросала в дырку унитаза.

Уничтожив портреты, все до единого, она нажала рычажок слива. Разноцветные клочки со свистом исчезли в воздушном пространстве, где-то над Атлантикой.

У Евгения Николаевича Рязанцева так дрожали руки, что он не мог расстегнуть верхнюю пуговицу рубашки. Ворот душил его. Ткань стала мокрой от пота и прилипла к шее. Провозившись несколько минут, он просто рванул изо всех сил, и сразу три пуговицы с тихим стуком посыпались на кафельный пол.

— Я могу побыть один? — спросил он глухо.

— Здесь? Или проводить вас в кабинет главврача? — вежливо уточнил майор ФСБ Птичкин.

Все молча вышли. Дверь оставили приоткрытой.

— Слушай, Егорыч, но нам придется допросить его сегодня, — донесся до майора интимный шепот Птичкина, — не получится скрыть. Да и какая разница? Не сегодня, так завтра он все равно узнает.

— Завтра — пожалуйста, сегодня — нет, — прошептал в ответ Егорыч.

— А если он захочет новости послушать в машине?

— Отвлеку как-нибудь. Это мои проблемы. К тому же в новостях говорится, что убит некий гражданин США, которого зовут Тим Брелтон. Об этом попросили сами американцы и предложили фальшивое имя.