Сонная Амелия тут же запричитала о какой-то глупой гимнастике. Товианна согласно вздыхала, но молчала. Оказалось, Рофальд заставлял девушек делать зарядку, чтобы их мышцы окрепли и подготовились к походу. Под охи и ахи Амелии мы собрались и спустились во внутренний двор трактира. Мне тоже пришлось идти.

Во дворе уже занимался Рофальд. Его плавные скользящие движения сменялись молниеносными точными ударами и выпадами. Меня удивило, как внушительных размеров мускулистый иноземец мог так легко и изящно двигаться. Мы, заворожённые красотой и звериной грацией движений, не стали мешать. «Жизнь в Льдистых горах не легка. Наверное, только такие сильные и ловкие, как Рофальд, и могут там жить».

Закончив свою тренировку, Рофальд стал командовать нашей. Упражнения оказались совершенно не сложными, всего лишь бег, наклоны, прыжки. И чего Амелия так убивалась?

После зарядки у дверей мыльни я наткнулась на высокую женщину в смешном старомодном чепчике. Из-за его жёстких накрахмаленных оборочек, обрамлявших лицо, и тонкого длинного носа она сразу напомнила мне птицу-секретаря.

— Ой, какая худенькая. Самый что ни на есть заморышек, — проголосила птица-секретарь, глядя на меня. — Ты, небось, служанка креси Товианны? А то, я удивляюсь, знатная девица и без служанки. Я, к твоему сведению, мари Хатира Орсо, хозяйка.

— Нет, я не служанка. Я ещё один участник научной экспедиции, — ответила я и с удовольствием отметила, как важно и значительно звучит «участник научной экспедиции».

— Да? — вопросительно приподняла бровь мари Орсо и тут же, мгновенно про меня забыв, распушила перья-оборочки и понеслась в атаку на девушку-служанку. Та шла навстречу со стопкой чистых полотенец.

— Лотти, сущая обормотка! Ну сколько раз тебе твердить? Полотенца подавать гостям раньше надо. Ты бы не глазки постояльцам строила, а меня слушала. Ох, нет силушки терпеть.

— Да чего вашим постояльцам-то сделается? Потом побрязгаются. Где они так пачкаются, что каждый день моются? То воду грей, то полотенца подавай.

Я прыснула от смеха, не стала слушать их перебранку, а отправилась в комнату.

— Ты где был? — спросил меня Ларион.

— Дела, — ответил я и, не желая продолжать этот разговор, поинтересовался, — Девушки, как всегда, опаздывают к завтраку?

— Да. Кит, всё-таки я настаиваю на пробной вылазке. Мне думается, это необходимо. Наша очаровательная проводница полна энтузиазма, но мне бы хотелось быть более уверенным, что она не преувеличивает свои таланты, — продолжил Ларион начатый ещё вчера разговор.

— Рофальд, хватит подпирать стену. Сядь. Что думаешь? — обратился я к другу.

Он, по своему обыкновению, помолчал, прежде чем ответить:

— Согласен с Ларионом. Но проверка нужна всем. Тем более, нам, магам.

— Хорошо, — я согласно кивнул.