Амелия вскочила, схватила Тови за руки и скороговоркой вперемежку с улыбками, кружением по комнате проговорила: — Понимаете, Ларион признался в любви. Я давно ему нравилась, но он не решался на серьёзный шаг. Боялся, что если ничего у нас не получится, то он потеряет меня — всё-таки я ему не посторонняя девица, а давний друг. Но Лес всё изменил. После пережитого он понял, что не может без меня, и теперь мы вместе. И он готов пойти против желания отца женить его на равной по положению. Ларион выбирает меня. Меня! Девочки, я так счастлива!

Время в Варошере прошло на удивление быстро. Дормез прибыл и назавтра был назначен отъезд. Амелия даже прослезилась немного, сказала, что обязана этому городку своим счастьем. С Ларионом они больше не ссорились. Наоборот, то обнимались и целовались, когда думали, что их никто не видит, то весело смеялись только им понятным шуткам, то долго шушукались по углам, как наглые мыши в отсутствие кота.

Городок и мне запал в душу. Я навсегда запомню долгие прогулки летними вечерами, густой аромат цветов, яркие звёзды в небе среди крон деревьев и такой же яркий блеск в глазах Кита.

Мы с Тови складывали вещи, когда в комнату вошла Амелия:

— Я сейчас была во дворе, там Ларион, Кит и Рофальд тренируются. Вам не кажется, что Рофальд какой-то странный? Он стал рассеянным и даже на тренировке пару раз споткнулся на ровном месте.

— Может, он заболел? — предположила я.

— Заболел? — ахнула Тови. Её юбки взметнулись, и она умчалась во двор. Мы побежали следом.

Уютный маленький дворик с увитыми плющом стенами и благоухающими кустами окутал нас ароматным шлейфом. Белые лепестки отцветающего жасмина усыпали землю. Тови несмело подошла к Рофальду.

— Всё ли у тебя хорошо? — Она тревожно вгляделась в его лицо.

Рофальд поспешно отошёл на пару шагов и озадаченно уставился на неё.

— Да, — ответил он после долгой паузы. — Или нет. Сейчас узнаю. Я хотел отложить этот разговор. Но раз уж все собрались…

У меня в голове промчался табун мыслей, о чём же он хочет говорить. «Об экспедиции? Ведьме? Поступке Кита? Всемирном заговоре? Артефакт ненастоящий? Что?» Остальные тоже были в недоумении и немного встревожились. Очень уж необычно вёл себя Рофальд. Он походил туда-сюда, видимо, собирался с мыслями, пару раз одёрнул куртку, снял невидимые пушинки с плеча. «Он что, боится? Это точно Рофальд?» Мне стало совсем не по себе. Кит заметил мою нервозность, приобнял и поцеловал в макушку. От теперь всегда так делает, когда хочет успокоить.

— В нашем племени есть обычай: самые важные решения принимать в кругу близких. Вы мои самые близкие друзья. — Рофальд обвёл нас взглядом. — Я — волк. А каждому волку нужна стая. Верное чутьё никогда меня подводило. Сердце указывает путь.