— Я так понимаю, сдаваться вы не собираетесь? — громко крикнул он, рассматривая ряды легионеров, и держа поводья одной рукой, не давая коню уйти в сторону.

Ответом ему было боевой клич, который вызвал улыбку.

— Благодарю вас, а то не хотелось мараться, — ответил он, и дал отмашку к нападению.

Какой он удивительно тупой… Понял, что здесь нет лучников, и осмелел. В общем, я как раз подкрался очень близко, и в момент его отмашки для армии хорошенько прицелился. Ну, само собой, я ждал, что он еще что-то скажет, а то вдруг он за мир. Но не дождавшись, я выстрелил. Стрела была простой, но зараженной страхом.

Очень интересным страхом. Она вонзилась ему прямо в живот, отчего конь встал на дыбы, а парень сразу побледнел.

— Кто… посмел… — сжал от злости он зубы. — Трус… — только выговорил, и свалился с коня.

Я ждал, когда он отправится на наш склад, но смазливый оказался живучим. Внешность обманчива, он не подох так быстро, но страх начал действовать. Если он выживет, то свою репутацию никогда не восстановит.

Сейчас этот предводитель армии со стрелой в пузе ползет на коленях и глотает воду, а еще орет, как резанный. Легионеры не выдержали и позволили себе короткий смешок в его сторону, а Царская армия пришла в бешенство, и сразу перешла на бег.

Блин, почему он еще жив? Еще одна стрела летит в него, но ее перехватывает на щит подоспевший телохранитель. Что примечательно, он оставил свою охрану позади, выезжая вперед и рассчитывая, что здесь одни подранки, и никакой опасности для него нет. Однако он ошибся. И эта ошибка будет стоить ему жизни. Но пока еще не подох, я отчетливо вижу, как они открыли портал. Легко догадаться, зачем. Спасают труса…

— Вот ты насмешил, ха-ха-ха… — во всю ржет Бездна.

— Это же надо такое! Ты опозорил целого четырнадцатого царевича, да еще напугал до такой степени, что он бросил свою армию. Теперь, если даже умрут предыдущие тринадцать царевичей, ему не видать трона — НИКОГДА!

Почему-то у меня на сердце сразу стало тепло и приятно. Вот так бывает — сделал гадость, и день прошел не зря. А сейчас я постараюсь сделать еще больше таких гадостей. Лук ложится в руку, и начинается фарм всяких плюшек. Аж душа радуется и поет от вида пропадающих тел в хорошей броне. Армия, хоть и четырнадцатого царевича, не может носить обноски низкого уровня, на это я и надеюсь.

Когда армия подошла на расстояние вытянутого копья, то я понял, что луком много не навоюю, и занял место с левого фланга перед легионерами. Может хоть так смогу выиграть им время, правда, не знаю, какой от этого толк.

Орел, сволочь такая, улетел от меня, когда я мчался сюда. Теперь летает над полем боя и нервирует меня. Я думаю, как бы не отомстил мне самым подлым птичьим способом.

— Отступи назад, — говорят мне легионеры. — Иначе тебя сметут.