Мы с ней в одной смене работаем в бутике женской одежды. Хорошая девушка. Мы сразу общий язык нашли и частенько друг друга прикрываем.

– Спасибо! Потом сочтёмся. Всё, я тогда побежала собираться. – быстро меня обняв, направилась в подсобное помещение переодеваться.

Мне всё равно торопиться некуда. Мы с папой вдвоём жили. Мама умерла, когда мне было восемь. С тех пор в нашем доме не было женской руки. Разве что когда я подросла.

А теперь и папы не стало. И по факту я осталась одна. Дальнюю родню в расчёт не беру. Она настолько дальняя, что практически чужая.

Не спеша, подготовила магазин к закрытию. Закрыла кассу, погасила свет, включила сигнализацию. Действия, уже отточенные до автоматизма.

Прежде чем целенаправленно выдвинуться к дому, заскочила в супермаркет.

Купила продукты, немного вредностей вкусных набрала.

Не скажу, что я экономлю, но радую себя чем-то нечасто. Не знаю почему. В последнее время вообще не до радостей.

Сев в автобус, ехала домой.

После того как ко мне в квартиру влезли, я перестала чувствовать свой дом, своей крепостью.

Замки, естественно, поменяла. Поставила более надёжные. Хотя и предыдущие были хорошими.

Морально легче не стало. Вскрыли те, вскроют и эти при желании. Поэтому ты петь я даже спала в какой-то полудрёме. С ножом под подушкой. Кошмар какой-то.

Выйдя на своей остановке, пошла к дому.

Уже возле подъезда заметила двух мужчин. Сразу напряглась.

Мне кажется, со всеми этими событиями в жизни, у меня обострились инстинкты. И опасность я ощущала буквально кожей.

Вот и сейчас. Какое-то дурное предчувствие будоражило нутро.

Переложив пакеты в одну руку, потянулась за сумочкой. Нащупала в отделении перцовый баллончик и сжала его в руке.

Чем ближе подходила к подъезду, тем сильнее сердце колотилось. Будто вот-вот рёбра проломит и понесётся вскачь.

Сама не знала, то ли ускориться и чуть ли не бегом бежать к подъезду, то ли наоборот, не торопиться. Потому что, чем меньше становилось разделявшее меня и мужчин расстояние, тем более не по себе было.

Пыталась себя успокоить, что накрутила. Но удавалось слабо.

– Слыш, краля, куда торопишься? – окликнули меня, когда по широкой дуге обходила мужчин.

Не показалось. Не накрутила.

Бросив пакеты с продуктами, сорвалась с места.

Когда до двери оставалась жалкая пара метров, меня резко отбросило назад. Руку острой болью пронзило, и я закричала.

От такой встряски выронила единственное средство защиты. Только слышала, как перцовый баллончик шмякнулся на асфальт.

– Рот захлопни, сирена. – мужчина поймал меня словно в капкан и закрыл рот рукой.

Чувствовала, как от его пальцев несёт сигаретами и чем-то похожим на машинное масло. Затошнило то ли от испуга, то ли от смеси неприятного запаха.

– Тебе привет просили передать.