Что чудом уцелела, потому что старушка соседка, живущая на первом этаже, подняла нешуточный крик, увидев происходящее. Как меня атакуют телефонными звонками и сыплют угрозами. Как по чьей-то указке уволили с работы.

А я устала жить в страхе. Потому что становится всё хуже и хуже.

– Я не знаю, кто эти люди и как они были связаны с моим отцом. Он был уважаемым и честным человеком. – после этих слов Марк недобро усмехнулся. А я продолжила неуверенно. – Председательствующий судья. И я не могу понять, чего теперь хотят от меня.

– Меня больше интересует, чего от меня хочешь ты.

– Помощи. Защиты. – сказала, как есть. – В органах меня не слушают. Прямо сказали, что не помогут. А я боюсь, что со мной что-то сделают, потому что уже намекнули. И не раз. Вы же занимаете должность. Вы прокурор. Я не знаю, к кому ещё обратиться.

Потому что по сути, из всех друзей и знакомых отца, с которыми я пересекалась, только Марк занимает тот пост, при котором я могу получить хоть какую-то защиту.

Ведь все, к кому пробовала обратиться, меня не стали слушать. А ведь фамилия отца громкая. Его знали многие. А теперь делают вид, будто не помнят ни его, ни меня. Всем плевать. А я даже не знаю, в чём виновата и за что попала под раздачу.

Пока рассказывала всё Марку, в горле пересохло. Тараторила не останавливаясь. Мне было жизненно важно рассказать всё, чтоб хоть какую-то надежду получить.

Призвать к сочувствию. Вызвать жалость. Надавить на долг службы. Плевать. Лишь бы помог.

– Я тебя услышал. – резюмировано всё также равнодушно.

– Вы мне поможете? – задав вопрос, кажется, дышать перестала.

– Не буду ничего обещать. А теперь вылазь, приехали.

Посмотрев в окно, поняла, что мы стоим возле моего дома. Так увлеклась выплеском эмоций, что не заметила, как мы доехали.

– Может, я оставлю свой телефон?

– Не нужно. Иди, Камилла.

Мне ничего не оставалось, кроме как попрощаться и выйти из машины.

Неужели, всё тщетно. Неужели, даже не попытается помочь?

Со встречи с Марком прошло три дня. От него тишина.

О том, что мы с ним общались, напоминал только синяк на попе и мои рухнувшие надежды.

Хотя на что я надеялась? Вроде уже не ребёнок давно, а наивности во мне больше чем веса.

Ну что ж, была один на один со своими проблемами, один на один и осталась. Ожидаемо. Сколько порогов я уже обида до него, и результат тот же. Нулевой.

Но всё равно обидно. Я ведь помнила Марка. Всегда так радовалась, когда он у нас в гостях бывал. И мне кажется, тогда он не был таким сухарём.

А сейчас каким-то бездушным стал. Будто вообще другой человек. Робот чёрствый.

– Камил, закроешь кассу? – вырвала меня из мыслей напарница. – Сегодня у сына день рождения, не хотела задерживаться. Выручишь?

– Да, конечно. Беги, я всё сделаю. – улыбнулась Ирине.