— Правильно, Риате, а какие это признаки?

— Плесень, — начинаю перечислять я, — отсутствие грызунов, отсутствие домашних животных, гибнущие растения, если таковые имеются.

— А если перечисленное вами, что являет собой далеко не полный перечень признаков, в совершенном соответствии с нормой, мы смотрим что?

— Воду, оставленную в открытом сосуде и предположительно находящуюся без сдвигов во время убийства, — заученно повторяю я. Ну да, именно об этом и была вчерашняя пара, а на память пока не жалуюсь.

— И что мы должны сделать?

— С максимальной осторожностью разместить жидкость под увеличительным кристаллом, и памятуя о том, что вода это природный хранитель информации, рассмотреть ее.

— И что мы можем там обнаружить? — теряя терпение и устав задавать наводящие вопросы, вопросил профессор Сэдр, повышая голос.

— Следы ругательств и проклятий, если они звучали, — опустив голову, ответила я.

Ответ был не то чтобы неверным, скорее неполным. Мне следовало…

— Адептка Дакене, — прозвучал ледяной голос профессора, — встаньте, и дополните весьма скудный ответ адептки Риате.

Ригра подскочила, едва не светясь от радости и желания вернуть мне свой собственный позор, а затем, подхватив палочку для вывода символов, подошла к доске и началось:

— Показателем гнева является наличие в воде следующих кристаллов, — на доску ровным рядом легли шесть изображений. — Однако гнев не всегда является поводом к убийству, чаще всего причиной бытовых убийств служат кристаллы свидетельствующие о раздражении. — И еще девять идеально выполненных рисунка. — Но если мы обнаруживаем один из подобных кристаллов, — пятнадцать рисунков торопливо были выведены на доске, — значит, речь идет о внешнем вмешательстве. В этом случае следует привлечь специалистов Ночного патруля и соответственно компетентного мага.

И темный дух дернул меня за язык:

— А можно просто допросить супруга убитой, и тогда вполне возможно выяснится, что проклятия его рук дело, и таким образом он просто пытался отвести подозрения от себя. Либо имеет место длительный конфликт, и клерк, скромный, стеснительный и исполнительный на работе, дома превращался в домашнего тирана, измывающегося над женой и детьми, или…

— АДЕПТКА РИАТЕ! — глас профессора вынудил попросту заткнуться. Ну и пусть ставит неуд, все равно все сдам… пусть и с седьмого раза. Но, увы, Сэдр избрал худший вид наказания. — К директору! Немедленно!

Я побледнела, остальные испуганно затихли, и даже Ригра явно считала это чрезмерным наказанием, но профессор Сэдр был неумолим.

Обычно я гораздо более гордая, но сейчас как бы ситуация не располагала:

— Профессор Сэдр, пожалуйста, я…

— Вон! — неумолимо сообщили мне.

Закрыла глаза на мгновение, стараясь сдержать слезы.