Несколько мгновений женщина буравила его испытующим взглядом, затем, вздохнув, отправила в ванную.

– И сиди в своей комнате, пока отец не вернется. Он с тобой еще поговорит.

Наконец-то тяжкий разговор с признанием и обвинениями остался позади. Понурив голову, Отто поплелся в ванную комнату, чувствуя себя изможденным, еле стоящим на ногах. Закрывшись изнутри, мальчик избавился от крови на руках (она сильно потемнела, почти до оттенка горького шоколада, и стала прохладно-липкой), промыл горло и нос, отплевываясь от мерзкого привкуса. Увидев свое отражение, мальчик застыл и прищурился.

Что-то в его измученном лице изменилось, но он не мог бы ответить что, просто чувствовал это, как чувствовал и боль подруги, когда она закричала, съехав ногой вниз. Сейчас ему было странно, совсем не как обычно, и он подозревал, что Нина до сих пор без сознания.

Мать Отто тем временем набирала номер родителей Нины, чтобы сообщить неприятное известие. Их семьи тепло дружили с тех пор, как детям исполнилось по три года и они пошли в один детский сад, но эта неугомонная Нина все время втягивала ее сына в неприятности и подстрекала на необдуманные поступки.

Тем не менее женщина поймала себя на мысли, что девочку ей жаль. Судя по рассказу Отто, ей досталось сверх меры. Где-то в глубине души это даже вызывало злорадную ухмылку, но женщина одернула себя. Испытывая такие эмоции, кажется кощунством звонить ее матери и сопереживать, каждый миг думая, а не лицемеришь ли ты. Позвонить тем не менее надо было.

Главная проблема виделась матери Отто в том, что в этой девчонке текла русская кровь, а все русские «слегка» сумасшедшие сорвиголовы. Понимая, что стереотипы, особенно по национальному признаку, хороши только в анекдотах и байках, а разумному человеку кажутся чушью, мама Отто все же не встречала ни одного русского, который не подтверждал бы своим поведением навешенные ярлыки.

Умение ввязываться в истории и притягивать проблемы, рискованное, порой пугающе безответственное поведение и, надо признать, своеобразное чувство юмора Нины вопросов не оставляло (сама она от этих шуток не смеялась, а вот муж безуспешно старался спрятать улыбку от взгляда супруги). Может быть, поэтому их сына, совсем иного по характеру, тянуло к этой взбалмошной хулиганке. В глубоком детстве они сразу же нашли общий язык, и с тех пор были неразлучны, вызывая логичную ревность и непонимание у сестры-близнеца, обделенной вниманием.

Отто не выходил из комнаты до самого вечера, даже когда сестра вернулась из школы. Узнав главную новость дня от недовольной матери, девочка привычно набросилась на брата за то, что он снова проводит время не с нею, родной сестрой, а с какой-то идиотской Ниной, которую скоро исключат из школы за прогулы.