А Некрасов его хвалил! Вон до чего этот разрекламированный онколог сестру довёл - полотенцем лицо обдувает и все никак глаза не откроет!

- И часто у тебя это? - рядом сажусь, потеряв всякий интерес к остывающему на плите ужину, и всё на дверь поглядываю, не дай бог, Сонька зайдёт!

- Пару раз. Да ладно, Вась! Это ещё не самое страшное. Когда посреди ночи от болей просыпалась, тогда да. А это... Лучше ешь давай, а то месяц у тебя торчу, не отходя от плиты, а ты как гремела костями, так и гремишь! Хорошо хоть спим отдельно, а то просыпайся ни свет ни заря от твоего лязга!

Дурочка! У самой лицо белее мела, а она о моём животе беспокоится! Словно моя худоба важнее её болячки!

Встаю, наливаю холодной воды в стакан, и протянув Вере, к окну подхожу:

- Неголодная я, - у кого аппетит будет отменный, когда голова от мыслей пухнет, а душа от переживаний покоя никак не найдёт? - И, вообще, я сама с твоим врачом поговорить хочу.

- Действительно! Может быть, чтобы о состоянии твоём узнать? Прогнозы его послушать? - Верка же партизан! В мои дела только так нос суёт, а к своим и на метр не подпускает! - Решено, завтра и пойдём!

Клиника частная, по выходным работает. И даже если приёмные часы уже кем-то заняты, от двухминутной консультации в коридоре точно не отвертится. Зря я на журналиста училась, что ли? Сначала на горячей маникенщице потренируюсь, а уж как с ней закончу, за светилу наук возьмусь.

- Ты же, кажется, к психологу по субботам ходишь? Вот и я с тобой. Подожду, пока он тебе мозги на место вставит и Пивоварова подкараулю.

- И не отговаривай! Лучше вон воду пей, а потом отдыхать иди. Посуду сама домою.

- А мне кушать? - и Соньку привлеку. Она как раз в кухню залетела и на стул у окна вскарабкалась.

-Да сиди уже! - мамке её суетится запрещаю и, повязав фартук вокруг талии, щедрую порцию на тарелку шлёпаю. Вера весь день над ужином корпела, пусть хоть кто-то оценит.

-Жуй, - перед девочкой тарелку ставлю, а сама опять у окна замираю.

Лето вот-вот к концу подойдёт. Солнце уже не жарит, как новомодный гриль, а прохожие всё чаще прячут коленки под джинсами... Месяц его избегаю, а результата ноль.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Уж не знаю, что это: пафос или простое нежелание Панфиловой меня домой приглашать, но для интервью она выбрала лучшее кафе в городе. Здесь за чашку кофе столько берут, что мы с Верой на эти деньги и обед и ужин состряпать можем. Точнее, Вера состряпать, а я над её душой постоять, запоминая, в каком порядке она бросает ингредиенты в кастрюлю.

- Я здесь! - озираюсь по сторонам, когда миловидная дамочка в кричащем красном брючном костюме приподнимается со стула и машет мне рукой, и хмурая, как туча к её столику бреду.