Дойдя до комнаты третьей императорской жены, Леоморт, не стучась, вошёл внутрь.

— Дарья Алексеевна, что вы ему рассказали?! — был его первый вопрос.

Третья жена отвернулась от своего зеркала, где сейчас прихорашивалась, и спокойно спросила:

— Барону, что ещё недавно был простым пекарем. Не делайте вид, что ничего не понимаете, — фыркнул Леоморт, хотя у него и появилось желание встряхнуть женщину. Но так далеко он не будет заходить даже из-за своей паранойи. Есть границы, которые переходить нельзя. Жёны Императора, какими они бы ни были, оставались неприкосновены.

— А ты определись, в каком тоне со мной разговариваешь, — хмыкнула Дарья Алексеевна, поворачиваясь обратно к зеркалу. — Ничего я ему не рассказывала. Я лишь однажды говорила с ним во дворце. Во время вручения титула. Предложила стать поваром императорской семьи. Не более. Это было извинением с моей стороны за тот инцидент с княжичем Никанором.

Леоморт моргнул. Он чувствовал, что третья жена ему не договаривает, но не мог найти несостыковку. Это начало раздражать спокойного командира героев. Эта женщина с момента своего появления действовала на нервы Леоморту.

— Не стоит со мной шутить, — протянул герой.

— Боюсь-боюсь, — подняла руки Дарья Алексеевна, а после засмеялась проникающим в каждую частичку тела смехом.

Леоморт в последний раз смерил её взглядом и ушёл, больше ничего не говоря. Он ещё посмотрит, кто кого.

На дирижабле я произвёл настоящий фурор. На мой мастер-класс пришёл не только повар Глеб, как он потом представился, но и весь свободный персонал. Мне показалось, что, была бы их воля, все члены экипажа пришли бы. На маленькой кухне стало тесно, но я показал небольшие фокусы с круассанами, не прибегая к демоническим ингредиентам. Это было ни к чему.

Хотя вспомнил я об одном круассане, который нужно было привезти во Францию, почти их родину. Давно мои малыши не отгрызали пальцы другим людям, а я чуял, что они могут там пригодиться. Не думаю, что турнир пройдёт спокойно. Интриги будут и там. Значит, избежать несчастных случаев тоже не выйдет. Вдруг пара поваров, решивших мне напакостить, лишатся парочки пальцев? Невелика беда.

Так что с дирижабля я выходил как герой. Не тот, которым хотел стать Максимка, а тот, коим хотела видеть меня Элеонора.

Пока я, кстати, учил Глеба всяким тонкостям, чтобы улучшить его работу не только с круассанами, но и с тортами, Пряня успел мне доложить о посиделках Соры и остальных дам. Он умудрился избежать алкоголя, который подливала не белка, а мой дух, умудрившаяся подчистить мои запасы алкоголя. Устрою ей нагоняй за это. И не только за это. Ещё и за то, что учила с Ириной Настю всяким бессмыслицам. Но это будет уже по приезду домой.

А теперь о Максимке. Встретил меня он.