Снег постепенно усиливался, покрывая мощёные дорожки мягким ковром, замирая на наших руках, головах и ресницах. Не нужно было никаких слов. Мир замер и затих, позволяя просто слушать биение собственного сердца и скрип снега под ногами.https:// /profile/1972/books

Молчание затянулось. Первое снежное утро в этом году, которое должно было заставить меня замереть в тихом восторге, отозвалось внутри тревогой. Великая Праматерь, я ведь обещала себе, что расспрошу Эла о драгонболе после встречи с Линдой перед испытанием! Но потом столько всего произошло…

— Вон, смотри, кажется, приятное местечко, — Ной указал на небольшое кафе на углу шестиугольной площади. Вдоль навесной крыши над крыльцом и окном висели крупные круглые фонари, горящие тусклым жёлтым светом, тряпичные края трепетали на ветру, а сверху уже скопилась снежная шапка. От кафе тянулся тонкий аромат свежей выпечки и кофе.

Над нашими головами бряцнул колокольчик, когда дверь открылась — и ещё раз, закрываясь.

— Доброе утро, молодые люди, — поприветствовала нас маленькая пухленькая хозяйка в белом фартуке и с чепчиком на пышной причёске седых волос. — Предложить вам утреннее меню или хотите взбодриться крепким ароматным кофе?

— Меню, пожалуйста, — уверенно попросил Ной. — Мы задержимся у вас на некоторое время, слишком уж уютно.

— Да оставайтесь, сколько хотите, — она смущённо махнула рукой и, взяв со стойки два больших картонных листа, по очереди вручила нам по одному. — Вон там прекрасный уголок у окна, и не увидит вас там никто. Кроме меня, конечно.

Она подмигнула и, напевая себе под нос, отправилась за стойку, где расположилась большая печь. Судя по запаху, огонь в ней был самый настоящий, и никакого отношения к магии Саргонов не имел. Женщина надела на руки большие перепачканные сажей рукавицы и аккуратно сняла чёрную крышку, чтобы следом с помощью деревянной лопаты вытащить из печи несколько румяных пирогов.

Через несколько минут хозяйка приняла у нас заказ и ушла на кухню, оставив нас вдвоём за небольшим столиком, частично скрытым за колонной. Она оставила нам чайничек с чаем, который стоял над крошечной свечкой, и две чайные пары.

— Так о чём ты хотел рассказать? — спросила я, разливая чай.

— Мы от тебя кое-что скрыли, — ответил Ной, насыпая в чай сахар, ложку за ложкой. Хотя он всегда так делал, я в очередной раз мысленно поморщилась, представив себе, каково это на вкус и пригубила свой напиток, в котором не было ни грамма сахара — чистый травяной аромат и лёгкая терпкость.

— Вы многое от меня скрываете. Я уже почти привыкла.

Он усмехнулся и пару минут задумчиво размешивал сахар, наблюдая, как постепенно растворяются его частички.

— Почти месяц назад нас вызвали на разговор Золотые, — с тяжёлым вздохом начал Ной.