Вот тут мне возразить было нечем. И такое вполне могло быть.

— Поживем, увидим, Эгор, — пробормотала я. — Время покажет.

— Я все-таки надеюсь на них. В лес за мясом и хворостом, конечно, придется ходить, но хоть не так часто.

Я посмотрела на виднеющиеся впереди Сердвинки, потом на соседа. Я была бы счастлива вообще никогда в туман не возвращаться, и если работа здесь сократит эти походы хоть на сколько-нибудь, — я буду горбатить тут спину до изнеможения.

В Сердвинки мы заходили с опаской. Вокруг нас кипела работа. Огромные мужчины, обнаженные по пояс, возводили забор из частокола.

Я с жадностью глянула на гору веток, что валялись неподалеку. Столько добра, а не возьмешь.

Хворост нам был нужен позарез.

Войдя через большие врата, мы с соседом поразились отстроенным домам.

Красивые бревенчатые стены, крыши с черепицей, небольшие заборчики и резные калитки. И всего ведь за пару недель возвели. И в сравнении с этими домами наши казались мне лачугами покосившимися. Это изрядно подпортило моё настроение.

Хотелось тоже жить как люди, вот в таких вот шикарных избах.

Пройдясь вдоль всей улицы, мы так и не поняли, у кого спросить о работе.

Развернувшись, вновь пошли к центральным воротам. Там я заприметила двух вчерашних князей, или вардов. Мужчины стояли и переговаривались о чем-то.

— Вон тех видишь? — шепнула я Эгору. — Они тут, вроде как, самые главные.

Я неприлично тыкнула пальцем в светловолосых гигантов.

— Они чего братья? — услышала я в ответ.

— С чего взял-то? — не поняла я вопроса.

— Похожи чем-то, — парень пожал плечами.

Я присмотрелась. Действительно, было в лицах вардов что-то неуловимо схожее.

— Пошли у них о работе спросим, что ли, — предложил Эгор.

— Они князья, — возразила я.

— Но мы-то, как вроде, и не знаем об этом. Что они головы нам снесут за спрос-то? — пробурчал он чуть дрогнувшим голосом.

Не дожидаясь моего ответа, сосед пошел вперед. Я вынуждено поплелась следом.

— Про походку не забывай, — шикнул он на меня, оглядываясь, — и глазками не хлопай. А то не поймут.

Скрипнув зубами, я сутулилась и даже чуть не плюнула под ноги, но вовремя спохватилась. Иллюзия иллюзией, а воспитание никто не отменял.

Приближаясь к вардам, я почувствовала странное волнение.

Словно предчувствие какое.

— Местные? — не дожидаясь наших вопросов да расспросов, обратился к нам воин с пшеничными волосами. — Долго ходите! С какой деревни пришли?

— Красенки, — ответил Эгор твердым голосом.

— Это самая дальняя от тракта? — уточнил второй вард.

— Да, господин, и самая населенная, — снова без запинки отчеканил парень.

Пшеничный хмыкнул и глянул на меня.

— У вас так заведено, что младший вперед старшего рот открывает.

Я сглотнула.