— Я лучше подготовлю все к нашему медовому месяцу.

Я ухмыльнулась. Если бы кто-то сказал мне перед свадьбой, что я буду до смешного счастлива с Лукой, я бы решила, что он сумасшедший.

Мне было трудно сосредоточиться на голосе Маттео. Все, о чем я мог думать, была Ария и все способы, которыми я хотел провести наш медовый месяц.

— Я слушаю. Тебе не нужно спрашивать меня о каждой мелочи. Ты можешь принимать собственные решения, и у тебя будет поддержка Ромеро. Не звони мне каждый день с вопросами.

— А ты советник. Меня не будет всего неделю. Ты можешь контролировать нашу гребаную семью так долго. Наши дяди и кузены пока не находятся в риске опасности. Они все хотят сами стать Капо. Они не будут работать вместе.

— Я не боюсь, что они нападут. Я могу контролировать твоих солдат и нашу семью, но не могу обещать, что не убью одного или двух из них.

Я закатил глаза. Маттео был слишком вспыльчив.

— Тогда, по крайней мере, убей нарушителей спокойствия.

— У Арии должна быть чудесная киска, чтобы держать тебя под ее чарами, или она делает минет, как богиня?

Я не подумал. Я рванулся и схватил его за горло, ударив о спинку сиденья. Его тело было напряжено, а правая рука лежала на ноже, который он не вытащил. С кем угодно, кроме меня, этот нож был бы глубоко в моей груди. Я разжал пальцы и отступил назад, глубоко, успокаивающе вздохнув, когда посмотрел на брата, который тёр горло своими руками.

— Ни черта себе. — прохрипел он. На его коже отпечатались красные следы моих пальцев.

— Мне всегда было интересно, что почувствовал наш дорогой кузен, когда ты раздавил ему горло. Никогда не думал, что ты дашь мне попробовать.

Я не извинился. Проведя рукой по волосам, я подошёл к бару, стоявшему рядом со столом, налил нам обоим выпить, затем отнес стаканы Маттео и протянул ему один, прежде чем опуститься в кресло. Он взял у меня стакан и с шипением осушил его. Он выпрямился, но все еще смотрел на меня.

— Кажется, я получил ответ, — сказал он.

— Чего тебе стоит попытаться убить меня.

— Я никогда не убью тебя, Маттео. Ты моя плоть и кровь. Ты знаешь, что я доверяю тебе свою жизнь.

Маттео одарил меня своей акульей ухмылкой.

— Лука, мы оба знаем, что это неправда. Мы убийцы. Мы оба убили бы друг друга, если бы нам дали правильный стимул. А твоя Ария.

Я ничего не сказал, потому что он был прав.

— Если несколько грязных замечаний уже заставят тебя уйти, я знаю, что случится, если я когда-нибудь причиню ей боль.

Мои пальцы сжались на стекле, но на этот раз мне удалось остаться на своем месте.

— Ты не причинишь ей вреда, так что это спорный вопрос. А ты мой брат, Маттео. Ты и Ария единственные люди, о которых я забочусь.

Он кивнул, затем напряжение спало, и он наклонился вперед, чтобы ударить меня в плечо.

Я позволил ему и ухмыльнулся.